В этот раз обоз без происшествий дошел до Благовещенска за двенадцать дней. Остановились опять у купца Чурина. На следующий день я отпросился у Степана и на гостинодворскую ярмарку не пошел, а направился решать золотой вопрос. Для этого я в первую очередь нашел Митяя Широкого, который с членами обоза семейства Шохиревых остановился в соседних номерах заезжего дома.
Митяй сидел в харчевне в гордом одиночестве и за дальним от стойки столом. Судя по его виду, вахмистр Шохирев активно поправлял испорченное накануне здоровье.
– Здоровья, господин вахмистр, – обратился я к Митяю.
– А-а-а… Ермак! – Шохирев поднял на меня мутный взгляд. – Мы же с тобой еще в распадке на Дактунак договорились, что можешь меня звать Дмитрий, для Митяя молод еще. Так какого?.. Садись!
Я сел за стол и продолжил:
– Дмитрий, есть выгодное дело.
– И насколько выгодное? – усмехнулся вахмистр.
– Если выгорит, то ты и два или три помощника, которых ты подберешь, получат три тысячи рублей или больше.
– Что за дело? – Взгляд Шохирева стал жестким и внимательным.
Весь хмель с него мгновенно слетел.
– Мне надо контрабандистам сдать золотой песок. Много. Нужна защита, и желательно не из наших станичников. Чтобы на станичный обоз не навести.
– Много – это сколько?
– Побольше двух пудов.
– Сколько?! – Казалось, глаза Митяя от изумления сделались в два раза больше. – И где же ты столько нашел? Хотя чего спрашивать! У хунхузов в лагере. Больше негде.
– Там и нашел, – усмехнулся я. – Теперь надеюсь продать и по три тысяче рублей каждому из казачат моего отряда выдать.
– Ну, Ермак, за ноги тебя и об угол. Два пуда! Охренеть. Вот это я понимаю, затрофеил. И что, никто не знает?
– Здесь уже Ромке сказал.
– А почему Селеверстовым не открылся?
– Побоялся, Дмитрий, как бы столько золота все добро, что они для меня сделали, не перевесило.
– Да уж! – Митяй обеими ладонями растер лицо. – Это же с ума сойти! Два пуда. Ух ты, боже мой! Это какие же деньжища!
– При хорошем раскладе тридцать шесть тысяч, из которых мне и десяти казачатам по три тысячи и три тысячи или чуть больше тебе и еще паре или тройке казаков за охрану.
– А почему ты ко мне обратился? – Митяй пристально посмотрел мне в глаза.
– Да я от казаков в станице слышал, что ты года два назад помогал дядьке Смирных золото продать в Благовещенске, который тот в верховьях реки Гербелик в каком-то ручье намыл. Вот и подумал, что у тебя есть место, где золотой песок без лишних вопросов купят.
