Мне ничего не надо…
— Артур готов оставить вам дом и общий семейный депозит в банке, который был открыт год назад…
— Вы меня слышите?
— На депозите на данный момент лежат… — юрист вытаскивает бумаги, перелистывает их и продолжает, пробежав глазами по строчкам, — лежат десять миллионов двести тысяч пятьсот рублей.
— Я на этот депозит ни копейки не вложила, — цежу сквозь зубы.
— А это уже неважно, — юрист равнодушно улыбается, — возможно, вы хотите что-нибудь оспорить?
— Хочу.
— Что?
— Я хочу оспорить решение Артура оставить мне дом и его деньги.
— Я подозревал, что с вами будет сложно.
— Я хочу взять и максимально спокойно развестись, — тяжело вздыхаю я.
— Тогда вам придется смириться с решением Артура Борисовича.
— Мне не нужны его деньги.
— Отдайте их мне, — юрист смеется и кладет ворох бумаг передо мной. — Переоформление документов на дом и депозит займет не так много времени. Если вам тяжело всем этим заниматься, то внизу вы найдете доверенность на мое имя.
— Мне этот дом…
— Я и его продажей могу заняться.
Все вопросы решаемы, Вита. Я понимаю ваше желание спрятаться и быть гордой птицей, но это глупо. Вы имеете полное право на дом, на деньги.
“Ты мелкая упрямая дрянь, — звучит в голове голос отца, — я хотел сына, а у меня его не будет! Из-за тебя!”
“Я так орала, что меня слышали на первом этаже, — с презрением вещает мама из прошлого. — Я сознание теряла. Я чуть не сдохла. Что ты ревешь? Ты всего-то поцарапалась, а тебе еще рожать.”
— Вита, — вырывает меня юрист из размытых пятен прошлого, — держите.
Протягивает салфетку с ласковой улыбкой.
— Я плачу, да?
— Да, — он кивает. — И это нормально. Кто-то убегает, а кто-то плачет. И всем непросто. И вам стоит обратиться к психологу, чтобы пережить этот период.
— Не буду спорить, но, вероятно, моя проблема куда глубже, чем развод, — прижимаю салфетку к нижнему правому веку. — Все перевернулось с ног на голову. Я думала, что не знала Артура, но… я не знаю себя.
И мне не стоило выходить замуж, ведь я очень незрелая личность, пусть и делаю вид, что я такая. Спряталась за Артуром, сложила лапки и… Простите… — слабо улыбаюсь. — Это не ваша забота.
— Я все понимаю.
Промакиваю салфеткой второе веко и говорю:
— Дом, пожалуй, стоит продать. И можно ли вырученные деньги перевести на семейный счет, который станет моим личным?
— Да.
— У вас есть ручка? — распрямляю плечи и медленно выдыхаю.
Глава 25.
