Вот только недавно я полоскала Артуру мозг, что он будет отцом, и была в шаге от отчаяния и желала отобрать у его любовницы малыша, а сейчас хочу придушить эту гадину.
— Ты мне угрожаешь? — голосок у Карины тоненький, как писк мыши.
— Нет, я выражаю свое беспокойство, — поддаюсь в ее сторону и заглядываю в ее глаза, — и меня очень тревожит твой эмоциональный фон. Урод Борисович? Тебя обидел мой муж?
— Да… — на глазах проступают слезы.
— И чем же, моя хорошая? — я ласково улыбаюсь, а рука Карины в моей ладони дрожит.
— Сомнениями?
Медленно кивает.
— А есть причины в тебе сомневаться? — задаю я тихий вопрос.
— Нет…
Лжет. Отпускаю руку Карины из захвата и откидываюсь назад:
— Это уже ваши разборки, — поправляю ворот блузки и одариваю улыбкой молчаливого Димы, — говоришь, гормоны шалят? Пролактин повышен? Нехорошо, — задумчиво вздыхаю, — но боюсь, что на этом, Дмитрий, мы и закончим.
Мне сейчас липко и мерзко.
— Вита…"
"— Во-первых, — складываю руки на коленях, — я не смогу теперь себе позволить твою замечательную клинику, а, во-вторых, — я смеюсь, — ты же все сам должен понимать, разве нет? Как я могу наблюдаться у врача, который будет вести беременность любовницы моего мужа? Я тебе, что, терпила?
Какое мерзкое слово и как оно емко меня описывает.
Я терпила для мужа, терпила для врача, терпила для мелкой потаскушки, которая сейчас всхлипывает в шелковый брендовый платок.
Тер-пи-ла.
— Услуги моей клиники и моих врачей оплачены Артуром на полгода вперед…
— Да ты издеваешься, Дим, — в изумлении приподнимаю бровь и киваю на Карину. — Вот твоя забота, а мне теперь дорога, как обычной смертной, в городскую поликлинику с очередями, злыми старушками, которые “я только спросить” и хамоватыми врачами. Как круто меняется моя жизнь и я… — скалюсь в улыбке, — в предвкушении.
— Наша система здравоохранения, мягко скажем, карательная, — верхняя губа Димы дергается.
— Там сидят одни мясники.
Встаю и приглаживаю волосы:
— Зато бесплатно.
— Вита! — вскакивает Дима и сжимает кулаки.
Слишком уж яростно сопротивление у нашего семейного доктора, будто он что-то скрывает.
— У Артура закрались подозрения насчет отцовства, и Кариша прибежала к тебе, — всматриваюсь в его разъяренные глаза. Хмыкаю и шагаю прочь, — но как я уже сказала, это ваши проблемы.
