Она явно скучала, и Леонидов отважился спуститься в первый ряд. Присел рядом, не отводя взгляда от ногтей. Потом глянул ниже, на стройные ноги и откровенно увлекся. Из открытых босоножек выглядывали пальцы с ногтями того же цвета, что и на руках. Он тихонько вздохнул. А вот когда в постели, насчет секса, с такими ногтями, это как? Мысль, конечно, крамольная, но никто ведь не узнает. Вот что главное! На то они и мысли, чтобы их скрывать. Он вспомнил Лану и вздохнул еще раз. Девушки были похожи на родных сестер. Хотя одна была яркой блондинкой, другая брюнеткой.
Выражение лица – вот что делало их родными сестрами. Скучающее. И надменное. Наконец он осмелился:
– Девушка, вас не Ланой зовут?
– Еще чего! Я – Нора, – мгновенно проснулась блондинка.
– А Нора – это производное от чего, простите?
– В смысле?
– Ну, например, Лана, как мне удалось узнать сегодня ночью, выводится из Светланы, а из чего же следует такая прелесть, как Нора?
– Из Елены, – деловито ответила блондинка.
– У меня неважно с логикой.
Не могу сообразить.
– Елена, Элен, Элеонора, Нора – это все одно и то же, – охотно пояснила блондинка.
– Восхитительно! – всплеснул руками Леонидов. – У вас так развито чувство прекрасного! Я в восторге! Ну а я просто Леша от просто Алексея.
– Вы чей-то шофер?
– Так похож? – мгновенно расстроился он. Принять сыщика за шофера!
– Да вы же без ракетки. И не в трусах. Значит, из свиты.
– А если я прохожий?
– Ну и проходите себе дальше. – Блондинка откровенно зевнула, потом добавила: – Я с прислугой романов не кручу.
– Ладно, Нора, карты на стол. Вы меня разоблачили. Я здесь жду Павла Петровича Сергеева, коммерческого директора фирмы «Алексер».
– Пашу? Почему же тогда я вас не знаю?
– А должны?
– Я Пашина девушка, – тряхнула блондинка копной волос.
– А я – Пашин следователь.
– Как, как?
– Тот есть оперуполномоченный, который собирает улики по делу об убийстве А. С. Серебрякова. Вы в курсе?
Девушка наморщила лоб. Она пыталась что-то сообразить. Пауза затянулась, Леонидов искал подходящую фразу, чтобы продолжить разговор, но тут теннисисты решили: довольно! И пошли к сетке.
Худой пожал руку лысому, потом направился к выходу, прихватив по пути полотенце.
Вблизи он выглядел не таким юным и спортивным, как на корте. Его рот был сочный, плотоядный, как у любителя выпить и покушать, волосы редкие, зато грудь волосатая. Первым делом мужчина стянул майку. Блондинка взяла полотенце и нежно провела им по волосатой груди. Ногти ей не мешали.
