– Я знаю, о ком вы говорите! Это тот отвратительный человек, ее начальник, Серебряков!
«Ну да! Акула империализма!» Алексей с огромным трудом удержался, чтобы не прокомментировать. С этой дамой надо держать ухо востро. И без штучек. Терпи, капитан. Терпи.
– Откуда вы знаете? Лилия что-нибудь рассказывала?
– Я каждый день смотрю вечерний выпуск «Новостей». Я бывший партийный работник и привыкла быть в курсе.
– Тогда вы должны понимать, как важно покарать преступника. И ваш долг…
– Не напоминайте мне о моем долге, молодой человек.
Если бы у меня были силы, я сама отволокла бы эту дрянь в милицию! За волосы! Да, за волосы! Но она наверняка придет не одна! Со своим сообщником! Моя жизнь в опасности! Я требую персональную охрану!
– Хорошо. Мы об этом подумаем.
– И поторопитесь. В наше время милиция действовала оперативно. И еще в наше время…
Леонидов поспешно положил трубку. Товарищ Мильто вернулась к имуществу, которое охраняла от блудной дочери, он вернулся к делу.
К делу об убийстве А. С. Серебрякова. Итак, «акуле империализма» вспороли брюхо. И вынули оттуда пятьдесят тысяч зеленых. Зеленых морских водорослей. Кто вынул? И куда дел? Он вновь потянулся к телефону. Михаил Коваленко от щедрот своих преподнес номер Анечки Гладышевой, грех не воспользоваться.
Трубку долго не брали, наконец очень нежный и мелодичный женский голосок произнес:
– Алло?
«У нее же медовый месяц!» – вспомнил Алексей и застыдился. От стыда заговорил сухо и очень официально:
– Анна Андреевна Гладышева?
– Уже не Гладышева, а Барышева – задорно ответила девушка.
– А в чем дело?
– Извините, что беспокою вас… в медовый месяц… – промямлил он.
– Нет, не извиню. Мне сейчас очень хорошо, и я не хочу никаких беспокойств. Может человек побыть, ну хоть немножечко, безумно счастливым? Как вы считаете, таинственный незнакомец?
– Может. Я рад за вас, честное слово. Но, к сожалению, я не таинственный незнакомец. Я работник милиции, который ищет убийцу Серебрякова, и мне просто необходимо задать вам несколько вопросов о вашей близкой подруге Лилии Мильто.
– О Лиле? Она-то тут при чем?
– Она близко знала Серебрякова, а вы близко знали ее. Можно, я к вам сегодня подъеду, Анна Андреевна? Не прогоняйте меня, я хороший!
– Ну попробуйте. Если вы старый и толстый. Или если вы не боитесь моего мужа. Он страшно ревнивый и имеет разряд по боксу.
– Я не старый, но очень некрасивый.
