На миг в её глазах замерцало удовлетворение, но секунду спустя оно моментально исчезло, когда моя ладонь, покрывшаяся иссиня-черным туманом, в грубой форме отбила её руку, отчего пламя на её пальцах тотчас погасло, а затем с тихим шелестом по неизвестной причине распался и её защитный покров.
Взять эмоции под контроль получилось только тогда, когда рука в жёсткой форме легли на её тонкую шею и приподняли девичье тело над землей.
— Как ты… смог… разрушить мою защиту… Я… Нет… — захрипела та, пытаясь вцепиться мне в кисть и вновь обратиться к огню, но черное марево сводило на нет все её потуги.
— От… пусти… Иначе… не поздоровится…
— Ты только что напала на своего товарища! Напала на старшего по званию! Ты понимаешь, чем тебе за это грозит? Танар не говорил, что его сестра конченная идиотка! — холодно выпалил я, глядя как в её глазах начинает медленно зарождаться ужас. — Слушай сюда, несносная девчонка! Лучше не зли меня и выполняй приказы, как тебе велено! Я и так держусь на последнем издыхании, чтобы не свернуть твою тщедушную шею.
Один раз я спущу это тебе из благодарности к твоему брату, но второго не будет. Посмеешь дерзить и в ту же секунду я тебе что-нибудь отрежу и выкину эту часть на съедение тварям! Уяснила?
— Ты… ты… не посмеешь… — задыхаясь, просипела одарённая. — Я… я благородная…
— С каких пор знать славится своим бессмертием? В таком случае обязательно проверь сделаю я это или нет, — и без каких-либо церемоний с молниеносной скоростью извлёк из ножен левую Гамму и полоснул лезвием по её щеке, оставляя на миловидном веснушчатом личике длинный тонкий порез.
— В следующий раз — это будет твой язык!
Глаза дряни резко расширились, и я ощутил, как та впервые с нашего знакомства задрожала, но спор прекратился в тот самый момент, когда ладонь Йоргоса легла на моё предплечье.
— Командир, пожалуйста, отпустите её, — с мольбой в голосе заговорил одарённый. — Знаю, она виновата, но… но так нельзя.
— Забирай! — холодно выпалил я, отбрасывая девку прямо в руки её товарища.
Стоило мне сделать несколько шагов прочь, как в спину ударил осипший и разозлённый визг магички:
— Да ты хоть… знаешь, что я…
Впрочем, договорить взбалмошной идиотке не дали, потому как ладонь земляка легла ей на рот и прекратила все её трепыхания.
— Так даже лучше, Йоргос, — хмыкнул злорадно я. — Делай так как можно чаще!
Вот только не прошло и десяти вдохов, как по округе раздался яростный вой сотен чудовищ, а браслет на руке тотчас раскалился и больно ожег руку.
