Лейтенант я или погулять вышел?
— Надеюсь на вас, командир, — с робкой улыбкой отозвался практикант.
Но в целом он прав. Их много. Зараза паскудная! А ведь как всё начиналось? Вроде бы, нормально…
— ЙОРГОС И МАРИЯ… — рявкнул я. — ВЫ ПЕРВЫЕ!
Барьер в последний раз дал трещину и начал разваливаться на куски, словно от удара битой по стеклу, а секунду спустя в образовавшуюся брешь тотчас повалила волна тварей.
— ОГОНЬ!
* * *Царство Аделлум.
Дальний рубеж.
Бастион Западный Предел.
Кабинет заместителя крепости.
Десять часов назад…
Через полчаса я уже стоял посреди кабинета и без какого-либо интереса рассматривал вполне сносную и по-своему суровую обстановку. Судя по скудному количеству вещей, капитан являлся жутким минималистом.
Такое я уважаю.
Весь мой отчёт занял не более пяти минут. Местами пришлось рассказать пару деталей и подробностей, но в остальном тот лишь молчал и слушал. Не было никаких приказов или же криков. Хемах даже голос не повысил. На миг показалось, что тот и вовсе оказался чем-то доволен.
Видимо, кое-кто тоже метит в управители. В принципе место начальника крепости мне не сдалось до скончания веков, но если это положение будет занимать кто-то более лояльный, то так станет только лучше в будущем."
"— Ты поступил опрометчиво, — сухо заключил Мастир Клинка, но взгляд его по-прежнему выражал удовлетворение. — Очень опрометчиво.
— Чем мне это грозит? — с ленцой осведомился я, потому как после выплеска эмоций настроение улучшилось против моей воли.
— Ходи и оглядывайся, — расплылся тот в коварной усмешке, а затем в демонстративной форме коснулся многофункционального браслета на руке, тем самым активируя полог тишины.
— Беренгар редкостная мразь, потому как вечно интерпретирует приказы по-своему и ему многое сходит с рук, ведь наиглавнейшая мразь — это управитель, который постоянно прикрывает своих подчиненных лейтенантов и весь состав.
— Подробности случившегося будут? — с наигранным интересом спросил я.
— А их толком и нет, — развёл капитан руками.
— От разведки действительно поступила информация, что кто-то из местных передаёт данные Иерихону. Однако Беренгар перегнул палку. Лазутчиков тут пруд пруди, но никто так просто не позволит Жейду вырезать целую деревню, хоть и якобы «враждебную». Само собой, это касается только жизни местных, а не их имущества и нажитого добра. Да и какой прок от убийства стариков и брошенных детей?
— Никакого, — холодно отрезал я.
— Ранкар, я не мясник и никогда им не был. Я воин.
