Отец желает тебя видеть… Немедленно!
Ирззу распутницу мне в жены! В одном Хаззак оказался прав. В последнее время мы видимся с ним очень часто.
* * *Царство Аделлум.
Военный лагерь великого дома Ксант.
Зона рядовых воителей.
Тренировочный полигон.
Менее суток спустя…
Честно сказать уже на протяжении пары часов толпа народа приглядывалась к шестерке весьма разношерстных воителей. Причем всем на изумление среди рядовых воителей как ни в чем не бывало находился лейтенант Ксанта. И тот вёл себя не как напыщенный павлин, а как один из них.
К тому же данный небольшой отряд уже на протяжении пары минут переменился с ноги на ноги и с недовольными харями перекидывались одними и теми же фразами.
— М-да… — флегматично заметил Рамас, почесывая щетину. — Дерьмо.
— Знатное дерьмо, — поддержал того полубог, поджав губы.
— Согласен… — с тяжелым вдохом заметил минотавр, глядя то на мои руки, то на выданную проекционную карту. — Хуже и быть не может.
— Самоубийство, да? — без тени страха вопросил залитый потом Цуг.
— Скорее всего, — жизнерадостно отозвался Тэйн. — Но, когда было иначе?
— Западный Предел, — вновь пробормотал я, ознакомляясь с документами, которые несколько минут назад доставил Киган. — Дальний рубеж.
— Да не просто… «дальний рубеж», — с наигранной издёвкой заметил Аркас, перенимая из моих рук проекционную карту. — Нас отправляют не абы куда, а прямиком… на передовую.
— «Нас»? С какого это перепугу «Нас»? — фыркнул весело я, но завидев серьезные лица «Осколков», невольно нахмурился.
— Сбрендили, что ли?
— Да, нас, — спокойно подтвердил Аркас, переглядываясь с остальными. — Нас отправляют на западный предел. Лейтенант командует отрядом в двадцать-тридцать разумных. Отныне мы… — и тот обвёл всех ребята взором, — станем частью твоего отряда. Мы с парнями всё решили."
"— Глупцы… — потирая устало глаза, покачал я головой. — Жить надоело?
— Умирать так под фанфары из магических взрывов Аделлума, — ухмыльнулся мрачно Рамас. — Как говорят в Инферно: «Из огня да в полымя…»
* * *Военный лагерь Великого дома Ксант.
Ставка командования доминирующего дома Хаззак.
Дэймон Хаззак был удивлён такому поведение дочери. Несказанно удивлен. Впервые на памяти Маннисса показалась ему столь… заинтересованной?
— Зачем, отец? — надрывалась воительница. — Зачем отправлять пробудившегося экзекутора на рубеж? Это ведь опасно. К тому же он врожденный деспот. Если его прикончат, то наш дом лишится потенциального безупречного.
