— Точнее… для чего?
После моего вопроса улыбка Нефрита Ксанта стала ещё шире. Складывалось впечатление, что та находится в каком-то экстазе и получает скрытое удовольствие, ведь в какой-то миг горгона жадно сглотнула, провела острым ноготком по пухлым губкам и с неуловимой одышкой и придыханием прошептала, наклонившись ко мне чуть ближе:
— Ты забавный. Очень забавный. Скажу тебе честно, Ранкар Хаззак, на моей памяти ты такой первый.
Твою ж собачью жизнь! Какого причиндала с ней происходит? А говорят, что это я ненормальный.
«С этой бабищей и вправду что-то не так», — подавшись в размышления отметила Руна.
— Что касательно твоего вопроса, то тут всё просто, — глаза Кайсы вдруг хищно блеснули, — прямо сейчас там находятся твои противники из касты голубокровных. Понимаешь, к чему я веду? Неужели ты забыл просьбу Имании? Открою тебе тайну, малыш, к отбору в рейтинг прикован не только взор Севера. К нему прикованы взгляды всех пантеонов. Абы кто в рейтинг Неукротимых не попадает. Это гонка, Ранкар.
Гонка за будущими талантами. Даже среди проигравших есть ценные кадры и многим плевать, что они северяне. Купить или же переманить можно любого. Деньги, власть, женщины, династические браки. Вариантов множество. Не все из участников смогут стать служителями оберегов. Но ты… — ноготок Нефрита внезапно больно впился мне в грудь через рубашку и резко наклонившись вперед, та с придыханием шепнула на ухо. — Ты давным-давно должен был понять, что не принадлежишь себе. Ты этого сейчас не осознаешь, но ты жив лишь благодаря моей прихоти и желанию.
Ты не принадлежишь Ксанту. Ты принадлежишь мне. Восхваляя и убивая во славу своего дома, ты убиваешь и восхваляешь меня. Ты же представить себе не можешь сколь много ты еще не в курсе. Однако вынуждена признать, что сейчас ты полностью окупаешь мои вложения. Тогда в военном лагере я сделала на тебя необычайную рискованную ставку, и она отлично сыграла.
Казни сущее, Ярвир! Держи карман шире и мечтай дальше! Вот же ополоумевшая мегера! Почему всю свою жизнь я натыкаюсь на чокнутых баб?
«Сейчас она похожа на сучку во время течки! — презрительно сплюнула Альяна, начиная заводиться.
— О-о-о-о Древние! Давно я не видела столь извращенную натуру!»
— Продолжай в том же духе, малыш, — с хищной игривостью усмехнулась она, касаясь пальцем моего подбородка, а буревестник начал замедляться. — Делай всё то, что делал ранее. Убивай так же неистово и рьяно, как и вчера.
