Не забыли загрузить в «бардак» перед выходом. Отдали все рожки к ним, но патроны оставили себе. Патронов они и так много поимели.
А заодно поимели великую головную боль в виде скорого возвращения противника в силах тяжких, причем пылающего жаждой мести.
– Смываться вам надо. – сказал я тому мужичку, который взял на себя обязанности главного.
При нем уже крутился мощного телосложения молодой мужик в джинсовой куртке, с АКМС на плече, на манер личного телохранителя. Оказалось племянник, зовут Колей, служил в ВДВ, в Чечне.
Затем работал на железной дороге машинистом, и переехал жить в город, в тот самый Горький-16, в который нам и надо было Когда началось все, приехал в деревню за дядькой, да так и застрял здесь. Но был там до последнего момента.
Мы, наконец, познакомились. Мужика, за которым приехал Коля, звали Петром, и был он в прошлом директором школы, располагавшейся в соседнем селе. Затем школу закрыли, но Петр уезжать из деревни не стал, благо сам коренной вяльцевский. А тут и Катастрофа подоспела.
– Что делать думаете? – спросил я его. – Банда вернется, с броней и в больших силах. Не удержитесь против них.
– Знаю, что не удержимся. – кивнул Петр. – Уходить надо, только куда? И с чем? Дорога все равно бандами перекрыта, по ней не прорваться. По грунтовкам тоже далеко не уйдешь, разве что в соседнее село. У нас имущество, техника пока есть, скот.
– А технику бандиты не отбирали? – спросил Сергеич.
– А зачем им? – удивился Петр. – Техники у них прорва с военных складов, наша им не нужна.
Главный, что с ними был, когда они в первый раз к нам приезжали, так и сказал, мол платите нам едой, самогонкой и девками, а больше мы ничего не тронем.
– Значит, грузовики у вас есть?
– Есть несколько. – кивнул Петр. – Как не быть? Но у нас ситуация сами знаете, какая. Дорога тут всего одна, на Нижний. Еще железка в ту сторону. И все. Прорваться не сможем. Вы как сюда добрались?
– Да нам то что? Мы напрямик пёрли, по лесу. – ответил я.
Петр понимающе кивнул. Затем повернулся к племяннику, спросил его:
– Коляш, а ты что думаешь? Чего молчишь?
– Думаю, что надо нам в партизаны подаваться.
– пробасил тот. Голос у него был как из бочки. – Уходить в лес. И понемногу пешим порядком кочевать к Нижнему.
– А как со стариками быть? Как они по лесу двести с гаком верст пройдут? Да двести с гаком – это по прямой, а все триста с тем же гаком не хочешь?
Я снова развернул трофейную карту, пробежал взглядом по отметкам, сделанным покойным «эсэсовцем» Бородулиным.
