И без того небогатая ими деревня включать их в налог отказалась, и вчера передала подъехавшим бандитским фуражирам запас продуктов и самогонки. Те ничего не сказали, уехали, а сегодня с утра нагрянула карательная экспедиция.
Всех жителей деревни согнали в кучу, выбрали четверых случайных людей. Втолкнули их в большой сарай, заблаговременно освобожденный от всего и превращенный в арену, где и застрелили. Когда мертвецы начали подниматься, туда втолкнули одного живого, предварительно выстрелив ему в ногу. Тот погиб почти сразу, был разорван на куски.
Затем туда забросили женщину, потом еще одного мужика. А затем началась стрельба. Теперь в сарае за запертыми воротами были семь зомби и ни одного живого.
Затем мужик спросил меня, могут ли люди собрать трофеи? Когда он увидел, как я задумался, он сразу сказал, что пока соберут все в кучу, а дальше я уже сам распределю, кому и что давать. Он решил, что меня давит жаба на ценное имущество, но на самом деле я задумался о другом. О том, что надо бы хорошо пошариться в карманах у убитых «эсэсовцев» и в их машине.
Узнать поточней, кто же они такие?
Я сказал мужику, пусть начинают собирать трофеи, заодно пусть посмотрят «буханку», на ходу ли она, и пошарят в КамАЗе с раздавленной кабиной. Пусть не трогают ничего с трупов в черной форме и не лезут в «Водник». А заодно пусть пошлют в поле людей собрать трупы и имущество с убитых из оцепления. Учитывая, что те уже встали и не спеша брели к деревне, нюхом ощущая, сколько здесь пищи.
Мы с Сергеичем направились к двум группам убитых в черном. Первая, из четырех трупов, лежала вразброс возле пробитого пулями «Водника». Одного из них застрелил я, еще троих срезал Сергеич из КПВТ. Этих было видно сразу, их мало что на куски не разорвало. Еще два трупа лежали возле чадящей теперь БМП, их тоже из башенных пулеметов накрыло.
Я выбрал одного из убитых, с четырьмя желтыми горизонтальными нашивками на рукаве, под эмблемой с обоюдоострой секирой (или с буквой «Ф»), которого я принял за главного в этой команде, и которого застрелил сам.
Сначала оглядел труп. Убит он был попаданием в глаз. Все лицо и песок под ним залиты и пропитаны кровью.
След моего первого попадания явно отпечатался на бронежилете. Пуля угодила в нагрудную керамическую пластину. Уйди чуть в сторону, и ее бы броник не задержал. Хотя, черт его знает, может и задержал бы.
Черный новенький арамидный шлем. Сначала показалось, что такой же, как и у нас, но нет.
