Но без собаки, у нас главная задача – скрытность, а скрытности лающие барбосы противопоказаны. И поблажек больше не ждите. Пошлю сортир чистить – побежите как миленькие. Вопросы есть?
– Вопросов нет! – обрадовано отрапортовала Аня. – Почистим!
Маша с детьми, естественно, оставалась в ГУЦе, вместе с Алиной Александровной. Ей тоже явно хотелось отправиться с нами, но она, в отличии от всех остальных, была детной матерью и ответственности на ней раз в сто больше, чем на нас, вместе взятых."
"– Маш.
– обратился я к ней. – Хочу с тобой поменяться. Свой СКС на твою СВУ. Оставлю тебе вместе с карабином все патроны повышенной кучности, а заберу все «четырнадцатые». Пламегаситель очень нам пригодиться может, черт его знает, что дальше будет.
– Я вообще собиралась отдать винтовку тебе. – ответила Маша – Зачем она мне здесь? Я свой а-ка-эс-у оставлю – и достаточно. Ну, и пистолет.
– Нет, так не выйдет. – засмеялся я. – Мы же все же не расстаемся, ты нас тут ждать будешь.
И с вами останется УАЗ с прицепом, куча трофейного оружия и запас патронов с гранатами. Тебе это все сберечь надо. А СКС с хорошим прицелом, кучность что надо, до четырехсот метров – отличная легкая винтовка. Будет теперь твоим штатным. Куда мне его с собой то тащить?
– Как скажешь, я совсем не против. – согласилась она.
– В случае, если к концу обозначенного срока нас не будет – распоряжайся этим всем как хочешь. Думаю, что теперь это настоящее состояние.
– Типун тебе на язык.
– фыркнула она.
– Типун то типун, но ведь возможны варианты, что мы не сможем вернуться тем же маршрутом. Мало ли что. Или заблокируют нас в «Шешнашке». Или еще что-то случится. В жизни все бывает.
Собрание шло еще долго, спорили обо всем и все обсуждали, под конец я даже охрип, пытаясь всех перекричать.
– Как думаешь, доберемся до места? – теперь, сидя на крыльце в обнимку, спросила Татьяна.
– Не знаю. – пожал я плечами. – Но охреневать в атаке не будем. Если увидим, что ходу нет, то вернемся, придумаем какой-нибудь другой способ туда добраться.
Нам надо доставить образцы, раньше или позже, а не героически погибнуть в попытке это сделать. Ты знаешь, я вообще не любитель героизма, и погибать не намерен.
– Да уж знаю, конечно. Не полез ведь ты меня из спортзала спасать, верно? – она прижалась ко мне крепче.
– Солнце, ты бы видела, как я это делал. Я шагу не сделал, двадцать раз не подумав предварительно.
