Да и зачем машину ломать? Никакой кенгурятник не будет вечным, если им сшибать всех подряд, и фары на нем стоят дополнительные. Технику надо беречь, короче.
– Серый, есть базар в эфире. – доложил Леха по короткой связи.
Леха сзади сидел за базовой станцией «Моторола», гоняя ее в режиме частотного сканера, пытаясь перехватить разговоры, если таковые ведутся в городе.
– О чем говорят? – спросил я.
– Три канала нашел постоянных. На первом, похоже, отстреливаются от мертвяков и где-то обороняются. Без особой паники, делом человек занят.
Подай то, подай это, там прикройте, сюда подойдите. И не военный по стилю, гражданский говорит. Еще по одному каналу воюют с кем-то, какими-то «кремлевскими». Воюет некий десант, базарит с Базой, требует подкреплений. Третий канал самый интересный – собираются рвать какой-то мост, базарят две команды подрывников."
"– Мост рвать – хреново. Про какой мост они могут говорить? – обратился я к Белецкому.
– Какой угодно. Надо бы осмотреться, по хорошему.
Если впереди заваруха, то не влететь бы нам в нее с ходу, на всех парах.
Когда народ воюет, то разбираться, кто это на двух «уазиках», со стволами, не станет. Но вот одна проблемка – зомби вокруг до черта, если остановимся, то через минуту вокруг целая толпа будет. Почти все, мимо которых проезжаем, поворачиваются и идут следом за нами. Только постоянное движение нас и защищает.
– Вроде стрельба впереди? – спросил я Белецкого, прислушиваясь к очередям, которые начали доноситься с другого направления.
– Точно.
Это у Московского вокзала. Здесь Горьковская железная дорога справа тянется, скоро в вокзал упрется. Вот там и стреляют.
– Предложения есть, как в оборот не попасть?
– Уйти в Сормово. Там, судя по звукам, тише, и есть несколько мест, откуда осмотреться можно.
– «Красное Сормово» тоже там? – заинтересовался я.
– Там. Там и машиностроительный, там и авиастроительный. Вся основная промышленность там.
– Ее то нам и надо. Куда сворачивать?
– Давай на Чаадаева.
– Блин, ты не выеживайся, ты пальцем ткни.
На Чаадаева, блин… Нашел знатока городской топографии.
Через пару минут мы свернули налево, на улицу поуже, идущую вглубь промзоны. С обеих сторон тянулись пейзажи все больше промышленные, серые и скучные. Откуда-то сильно тянуло дымом. Мертвяков тоже хватало, но все же не так много, как на Московском шоссе.
– Это что за высотка? – спросил я, показав на здание «свечку» перед нами.
– Не знаю. Новое, совсем недавно какая-то госкомпания себе построила.
