Или опять же… Только сегодня ли?
Если бы Вера выпила больше, она сослалась бы на алкоголь, затуманивший разум. Не может же она на самом деле думать, что взволновала Тараса, как женщина.
А также не стоит забывать, что между ними теперь не только её вина.
Есть ещё бизнес.
И Катя. Дочь, от которой Тарас отказался.
Но что бы себе она ни говорила и как бы ни настраивала, стоило мужчине выдвинуться к ней, как внизу живота прострельнуло возбуждением.
Сабуров был хорош. Чертовски. Под ложечкой засосало от некстати нахлынувших воспоминаний, которые Вера тщательно берегла долгие годы.
Его руки на её талии… плечах… груди…
Его пальцы, касающиеся её лона…
Вера с такой силой сжала зубы, что послышался неприятный скрежет.
Она сошла с ума, если возбуждается от надвигающегося на неё Сабурова.
В его взгляде нет теплоты, нет сопереживания. Есть нечто темное. Пугающее.
Вера знала, что у неё будут проблемы в общении с Тарасом.
Но не подозревала, что настолько серьезные.
И дело не в нем.
Дело в ней.
Её гештальт не закрыт.
И это чертовски плохо.
Мужчина подошёл к ней, остановился непозволительно близко для человека, с которым у неё нет интимной связи, что-то сказал на незнакомом языке и хмуро бросил:
– Будь рядом. Хорошо?
Нет, не хорошо.
– А в чем дело?
Сабуров нахмурился и, приблизившись ещё, взял её чуть выше локтя.
– На тебе слишком откровенный наряд.
Всё-таки она не ошиблась и правильно прочла его взгляд.
– Разве?
– Да, – рыкнул он, сильнее сжимая пальцы. – Я отвык, что моя женщина одевается, как…
Кровь прильнула к щекам Веры.
– Как кто? – прошипела она, и только присутствие посторонних людей не позволило ей выдернуть локоть из его пальцев. – Договаривай уж, Тарас. Если я тебя раздражаю, злю, как ты жить со мной собрался в случае договорного брака?
– Угомонись, Вера.
Его лаконичные ответы злили ещё сильнее.
Нервы, и без того натянутые до предела, готовы были вот-вот порваться.
– И я не твоя женщина, Тарас. Ты что-то путаешь.
– Ты пришла со мной.
Я за тебя отвечаю. Этого достаточно.
* * *Оставшийся вечер прошел без эксцессов. Вера старалась не отходить от Тараса без надобности. Ссориться больше не хотелось.
Несколько раз она слышала шепот за спиной. Имя Тараса… его жены… своё. И каждый раз с замиранием сердца думала: что те люди думают об их истории?
Когда окровавленного Тараса увели из её комнаты, она бросилась за ним вслед, но люди отца встали стеной. Кажется, Вера кричала, ругалась, царапалась.
