— А можно проездной соседа? — с надеждой спросила Рита.
— Нет, — строго сказала Наоми. — Соседа мы не знаем.
Полагая, что вопрос исчерпан, мы разбрелись по компьютерам — работать.
Побродив вокруг нас, шевеля боками, Наоми вдвинула огромный живот к Рите в кабинку.
— Знаешь что, — предложила она, — поди купи что-нибудь на сумму проездного. Фирма тебе вернет деньги, вроде ты для фирмы закупила. Принесешь только чек из магазина.
Ужасно обрадованные, мы в обеденный перерыв побежали в соседний супермаркет покупать товару на стоимость Ритиного проездного.
Выяснилось, что без всего, в сущности, обойтись можно, крутая нужда в доме лишь в мужских трусах, так как на муже и взрослом Ритином сыне трусы просто горят, не напасешься, ну и что греха таить — это ж не рубашка, что на виду, — вечно на этом экономишь…
Так что мы выбрали несколько пар мужских трусов праздничных расцветок. Рита взяла в кассе чек, посмотрела и ахнула.
— Все, девочки, — сказала она. — Накрылись мои денежки. Тут они пишут наименование товара…
Чек все-таки несмело подсунула Наоми, но, как человек порядочный, предупредила:
— Наверное, все напрасно. Там указано, что я купила трусы.
— Гам зе елэх, — невозмутимо заметила Наоми, забирая чек («и это сойдет»).
— А разве фирма «Тим’ак» нуждается в мужских трусах? — удивилась я.
Наоми глянула на меня с поистине королевским достоинством и ответила:
— Фирме «Тим’ак» все пригодится.
В этот день к нам заглянула Сима Клецкин из «Курьера». Добрая душа, она всегда помнила о нас в случае чего. На сей раз случай подвернулся купить недорого фирменные кружки, которые «Курьер» заказал специально для своих сотрудников.
— Давай тащи, — велела Катька, — а то пьем чай и кофе из таких лоханок!
Кружки оказались вместительными, дизайнерскими, белыми, с черным газетным шрифтом. Снизу вверх кружку опоясывала по спирали надпись «Ближневосточный курьер», а вокруг — мелко-мелко — отрывки передовиц.
Я вгляделась в одно из названий: «Тысячи их, абсурдных маленьких миров…»
* * *В один из этих дней, вечером, на узкой улочке за рынком Маханэ Иегуда меня накрыла сирена воздушной тревоги. Впечатление было, что город взвыл от неожиданной боли. Люди побежали, натыкаясь друг на друга, на ходу раскрывая коробки с противогазами.
