– Прекрасно! Я просто хотела удостовериться, что все хорошо.
Просто хотела удостовериться? Почему? Она слышала о Трэвисе и Дешане, о том, что случилось в пятницу? Уоллис не стал бы рассказывать ей об этом, верно? Она молчит, я пожимаю плечами и прохожу мимо нее. Плохо уже то, что мне пришлось иметь дело с Уоллисом; и мне не хочется также иметь дело с учителями, беспокоящимися по поводу моей стычки с хулиганистыми учениками.
Сажусь на стул так быстро, как только могу, но Уоллис все равно отрывает глаза от телефона.
А затем снова наклоняет голову, скребет шею и смотрит в сторону. Я держу на коленях рюкзак и пялюсь в рыжий затылок Шелби Льюис. Затем, через несколько секунд пребывания в замороженном, тревожном состоянии, достаю телефон и начинаю просматривать последний длинный ночной разговор с Эмми и Максом. Я бы написала им сейчас, но Эмми еще спит, а Макс на работе. Они все равно не ответят, а к тому времени, как будут способны сделать это, нынешняя ситуация себя исчерпает.
Захожу на форум МЧ.
Обычно я не читаю его с телефона, но положение у меня отчаянное. Вижу, что на нем присутствует несколько заметных людей, в том числе вызывающийдождь и Холодный_Огонь, перебрасывающиеся репликами в разделе для разговоров на общие темы. Обновляю страницу и обнаруживаю, что к беседе присоединяется все больше и больше участников. За вызывающимдождь всегда подтягиваются другие фанаты.
Спустя несколько минут волоски у меня на шее встают дыбом. Смотрю на экран и делаю вид, что не замечаю, как миссис Граер наблюдает за мной со своего места у двери.
Звенит звонок. Миссис Граер закрывает дверь, идет к своему столу и берет в руки лист посещаемости. Следуя школьным правилам, убираю телефон в карман и притворяюсь, что включаюсь в происходящее в классе, а не жду с нетерпением, когда же можно будет снова его достать.
А затем вижу на столе записку, которой там не было, когда я садилась.
На листке бумаги, почерком, столь четким и аккуратным, словно слова напечатаны на каком-то пишущем устройстве, выведено:
Тебе нравится «Море чудовищ»?
На этот раз почерк еще красивее, поскольку писал Уоллис не в спешке.
Не знаю никого больше, кто способен писать такими прямо-таки печатными буквами. Смотрю на Уоллиса, тот склонился над столом, голова слегка повернута в сторону, он массирует мочку правого уха. На макушке, там, где он чесал ее, топорщатся волосы.
Прекрасно. Ему действительно нравится «Море чудовищ». Я не знаю, льстит мне это или пугает.
