Ты проводишь семь часов, шляясь по его внутренностям, а когда день кончается, оно становится маленьким, чтобы уехать с тобой домой. Оно забирается тебе в ухо и нашептывает, что ты можешь ожидать на следующий день. Одежда будет плохо сидеть на тебе. Волосы не будут слушаться. Ты забудешь домашнее задание. Ты получишь еще больше домашних заданий. Ты будешь драться за столик в столовой.
Все-все-все будут судить тебя.
До выпуска осталось две недели. Выбора у меня нет.
Чего я хочу: сидеть дома. В моей комнате с задернутыми занавесками и включенным телевизором, но звук должен быть тихим, чтобы я могла подремать под бормочущие, притупляющие ум голоса из «Собачьих дней».
Хочу лежать в обнимку с Дэйви и не хочу ни разговаривать с людьми, ни видеть их. Ни в реальной жизни, ни определенно в Интернете. Я не хочу думать о незаконченных страницах, о лице Уоллиса, вспыхнувшем в тот момент, когда я сказала, что ничего не могу.
Что произойдет, если я получу то, что хочу: не буду ходить в школу последние две недели до выпуска, а мои родители пусть проследят за тем, чтобы я посещала того доктора до тех пор, пока мой мозг не прочистится и я не выскочу из своей скорлупы, как повизгивающая от чистоты тарелка из посудомойки.
Это может занять месяцы. Или, Господи помилуй, годы. Я не хочу пребывать в таком состоянии годы. Не хочу чувствовать себя так годы. Даже поступление в колледж ничего не изменит, потому что там тоже будут люди, знающие, кто я такая. Значит, нет мне спасения.
Итак, я возвращаюсь в школу.
Этой весной слишком жарко для толстовок.
Я применяю технику незаметности, которую разработала, когда мне надоело, что меня все время зовут на игры в спортивном лагере. Не смотреть в глаза. Носить одежду тусклых цветов. Ходить с той же скоростью, что и вся толпа. Незаметность – своего рода искусство, и я его королева. По крайней мере я ею была.
Как только я вхожу в дверь, мои коленки деревенеют, а глаза заливает пот. Слежу за своим дыханием. Удостоверившись, что снова могу идти, не упав при этом, делаю шаг.
Ставлю одну ногу перед другой.
Я не споткнусь и не упаду.
Я не споткнусь и не упаду.
Я не споткнусь и не упаду.
Добираюсь до своего шкафчика. Забыла шифр, приходится достать телефон, чтобы найти там старые записи. Я делаю это впервые с того времени, как Уоллис приходил ко мне домой."
"Дверца распахивается, и мне на ноги падают сложенные листы бумаги. Еще несколько таких листков валяются на полке шкафчика под щелями в дверце. Беру один и разворачиваю.
