– Они не хотят ничего предпринимать, пока не будут знать, чем все кончится.
– Ну так напиши окончание, – прошу я.
– Им не нужно мое окончание, Элиза. Им нужно твое. В ином случае все будет неправильно.
– Я могу сказать тебе, какой будет конец, и ты…
– Они. Хотят. Твое.
– То есть книги не будет, если комикс останется незаконченным?
Он продолжает смотреть на меня. Внутри у меня становится холодно.
– Странно как-то, – говорю я. – Это все же хорошая история – люди будут покупать ее…
– Ты должна закончить. – Я никогда не слышала у него такого требовательного голоса.
– Я не могу.
– Ты должна довести дело до конца, Элиза.
– Сейчас я даже не могу прикоснуться к карандашу. Ты же сам пережил подобное, разве не так? Ты не можешь ничего делать, потому что ничего не движется, ничего не получается, голова у тебя пуста…
– Ты должна закончить, – с трудом говорит он. Я бы хотела загородиться от него подушкой, как щитом. – Мне никогда больше не выпадет шанса подобного этому. И тогда мне придется еще четыре года заниматься тем, что заставят меня делать другие.
А может, и еще дольше. Я больше не могу. Пожалуйста, Элиза. Осталось всего несколько глав, просто соберись и закончи историю.
Он ничего не понимает. Или не хочет понимать.
– Я не могу, – шепчу я.
– Почему?
– Во мне… во мне ничего нет.
– Ну и что? Художники все время рисуют без всякой мотивации. Если бы я мог сделать это за тебя, то сделал бы, я – я бы убил за то, чтобы написать что-либо без какой-либо мотивации, если бы это позволило потом создать то, что мне хочется создать.
У меня никогда не было такой проблемы. Мне никогда не приходилось заставлять себя делать что-либо. Я не знаю, как это работает.
– Я не могу.
Он встает с кровати. Опять ерошит волосы, сжимает кулаки. На его челюсти вздуваются желваки. Он осматривается, сканирует пустые стены, пустой стол, выключенный компьютер.
– У тебя идеальная жизнь, – говорит он, – и ты не можешь нарисовать пару глав.
– Моя жизнь вовсе не идеальна, – возражаю я.
– Ты создала невероятную вещь, любимую обожающими тебя людьми.
Они признали твой талант. У тебя нет нужды беспокоиться о том, как ты будешь платить за колледж, или о хорошей работе, или раздумывать над тем, чем заниматься в будущем. Тебе никто не выносит мозг, говоря, что ты должна делать и кем быть. От тебя требуется лишь нарисовать еще несколько страниц. И все. Это займет неделю, максимум две. Поэтому, Элиза, пожалуйста, нарисуй эти страницы.
Я не в силах ничего сказать и качаю головой.
