Воспользовавшись остановкой, он натянул очки ночного видения, осмотрел местность, затем дважды проверил GPS, сверив направление движения. Гил увидел дорогу, по которой завтра утром проедет Аль-Назари с охранниками, и отошел на полсотни метров в сторону. Отмерив три тысячи шагов вдоль дороги, он снова остановился и повторно оглядел местность через очки.
Спецназовец искал старый мост, проложенный через пересохший ручей, который тек с востока на запад и делил дорогу на две половины. В двух сотнях метров к югу виднелись еще более древние руины — идеальное место для засады.
Если пройти три-четыре километра по дороге на юг, то можно увидеть за забором военные постройки, заброшенную базу иранских пограничников. Судя по последним разведданным, в этих зданиях Аль-Назари делал свою «грязную бомбу». Фотографии со спутника показали, что объект круглосуточно охраняли трое-четверо часовых, которые носили иранскую форму и ездили на автомобилях с номерами иранских госструктур.
По поводу часовых Гил не беспокоился. На пути к точке эвакуации Гил обойдет это здание и возьмет южнее, направляясь к афганской границе, где под покровом темноты ему предстоит пройти еще тридцать километров по пустыне, прежде, чем он услышит рев вертолета «Ночных сталкеров», прилетевшего за ним.
Наконец, Гил обнаружил мост в сотне метров от себя и сменил позицию. На несколько минут его смутили звуки приближающегося с юго-запада вертолета, но тот вскоре улетел, и Гил продолжил движение. Скорее всего, вертолет искал контрабандистов наркотиков на севере Захедана.
Захедан — столица Систана и Белуджистана — находился всего в тридцати двух километрах от афганской границы. Он был центром мировой наркоторговли, откуда афганский героин поступал в Тегеран, из Тегерана в Турцию, а оттуда распространялся по всему миру. Но контрабандным путем поставляли не только наркотики, а практически все, начиная с оружия и заканчивая нелегальными мигрантами. В начале двадцать первого века в иранской полиции коррупция выросла настолько, что мексиканские полицейские по сравнению с ними казались просто детьми.
Гил шел по графику, время от времени надевая очки ночного видения, чтобы оглядеться. Район был усеян древними каменными плитами доисламского периода, некоторые из которых были остатками храма или частями памятников, посвященных Заратустре[52]. Убедившись, что руины заброшены, он прикинул, будет ли его видно с дороги. И действительно, каменные плиты на расстоянии были идеальным укрытием для снайпера.
