К тому же человеческое тело — такая хрупкая вещь… А то, что пока больше не красавица (сама себя не похвалишь…), так и вовсе сущая ерунда. Ну куда мне сейчас в красавицы и ненужное внимание привлекать? То-то же!
— Ой, опять он… — пробормотала я растерянно, когда увидела, что в столовую вошел тот самый высокомерный посетитель из приемной.
— Кто? — заинтересованно заозиралась Еванши и проследила за моим взглядом. — О…
Не знаю, действительно ли она была подслеповата или все же прекрасно видела, но Еванши вдруг неприязненно поморщилась и моментально потеряла интерес к мужчине, присевшему метрах в пяти от нас за один из столиков к незнакомым мне преподавателям.
— Что он тут делает? — басовито удивилась Орра."
"— Наверное, приехал к декану Дьюш, — растерянно откликнулась Валенсия, и мне показалось, что в ее взгляде промелькнуло плохо скрываемое обожание.
Я не удивилась, незнакомец действительно выглядел очень брутально, и, если бы не его высокомерный вид, я бы тоже попускала в его сторону слюнки.
Широкие плечи, узкие бедра, плоский живот, породистое лицо с густыми черными бровями, яркие и очень выразительные янтарные глаза с потрясающими ресницами и едва заметная ямочка на упрямом подбородке. Наверное, аристократ в сотом поколении, не меньше. А гонору…
— А кто это вообще? — спросила я шепотом. — С полчаса назад ко мне в приемную зашел, чуть дверь в кабинет декана не выломал. Спросила, могу ли чем помочь, так таким взглядом смерил — сразу себя оборванкой почувствовала.
— А это, милочка, кузен вашего уважаемого декана, — пренебрежительно фыркнула Еванши, впервые за время нашего знакомства показывая откровенную неприязнь к человеку.
— Граф Герман Раймонд Дьюш. Не поверите, но я помню его еще сопливым подростком, только-только поступившим в нашу академию. Много воды утекло с тех пор… — Взгляд женщины ненадолго затуманился, но всего через пару секунд она встрепенулась и поморщилась. — Хороший был мальчик, перспективный.
— Был?
— К сожалению, да. — Еванши недовольно поджала губы.
— Некоторое время назад Герман стал главой клана, и с тех пор его как подменили. Стал грубым, высокомерным, заносчивым… Настоящим воплощением всего, чем не стоит гордиться.
— Еванши, ты слишком придирчива к мальчику, — укорила ее Валенсия и снова бросила на графа томный взгляд. — Не каждый в его годы может похвастать подобными достижениями.
— Мерзкий характер не перекроют никакие достижения, — категорично отрезала старший секретарь.
