Только на этот год, — Императрица рассмеялась и протянула руку в сторону. — Команда академии имени Таэсии Лир, подойдите ко мне.
В протянутую руку Ее Императорского Величество тут же вложили плоскую коробочку.
— Эти амулеты сделаны мной, — спокойно сказала Хестер Мерех, — для вас.
Она закрепила небольшие булавки на форменной одежде студентов, после чего вызвала следующих. И следующих.
Рианет становилось все дурнее. Их команду тоже наградят?
«Нам, вероятно, не положено. Мы получили главный приз, — подумала леди Дельсийе.
— Хотя я бы предпочла получить булавку из рук Императрицы, нежели одарить Академию Первоцветами Аргеландов!»
— Я прошу подойти ко мне команду Элеарской Академии Магии, — проговорила Императрица, — кто-то может подумать, что это излишне, но… Эти маленькие амулеты — выражение моей личной признательности за красивое выступление.
Ступая вперед, Рианет поймала себя на том, что едва держит равновесие. Хестер Мерех была невысокой, очень красивой и очень сильной.
Вокруг нее словно клубилась магия.
— Теперь же я прошу выйти к нам декана Боевого Факультета, — громко проговорила Императрица. — Глава магистрата, ваш выход.
Мужчина смахнул пот со лба и, рассыпавшись в любезностях, поспешил вручить Лин-Торвансу зачарованную колбу с Первоцветами.
— Пусть эти цветы на веки вечные останутся в стенах вашей Академии, — громко и четко проговорил глава магистрата.
— Веки вечные? Отлично сказано.
Рианет не поняла, откуда раздался этот шепот, но…
«Я еще и пошевелиться теперь не могу, что ли?!» — оторопела она.
Не имея возможности повернуть голову, леди Дельсийе лишь краем глаза успела отметить, как подруги Императрицы укрыли ее щитом, а ластверия, распахнув крылья, сотворила свой собственный портал.
— Не смейте!
Кажется, Ее Императорское Величество была не согласна на немедленную эвакуацию, но ее никто не спросил…
«Если это диверсия, то почему ничего не происходит?» Рианет скользила взглядом по замершим студентам, по преподавателям.
Никто не мог двигаться.
«У них даже глазные яблоки не шевелятся, — осознала леди Дельсийе. — Я могу хотя бы осмотреться».
Внезапно у нее зачесался нос. Да так сильно, что на глазах выступили слезы! Забывшись, Рианет вскинула руку и тут же осознала, что корка, сдерживавшая ее движения, рассыпалась.
Как и перышко ластверии. Оно на секунду вспыхнуло ярчайшим светом, а после исчезло, оставив после себя неприятный запах паленой курицы.
