Чаще всего этого требовала Диноя Дельсийе, реже Балдред Дельсийе. Однажды и младший брат попытался, но уж он-то был послан в Прорыв. За что впоследствии Рианет была наказана матушкой, ведь Иларий Дельсийе — будущий глава рода, и она должна относиться к нему с уважением и почтением.
«Отчего-то никто не хочет понимать, что уважение и почтение нужно заслужить», — злилась леди Дельсийе.
С другой стороны, леди Диноя Дельсийе действительно добилась от дочери покорности в отношении младшего брата. Рианет настолько не хотела возвращаться в подвалы родного дома, что предпочла подчиниться.
Тогда она верила, что скоро будет учиться в Элеарской Академии Магии, а значит, с Иларием они не будут пересекаться.
«Ничего хорошего из него не вырастет, — ворчала Рианет. — Но никто этого в упор не видит».
— Ты злишься? — спросила вдруг Деорис, когда подруги вышли в коридор. — Вокруг тебя воздух теплеет!
— Значит, скоро очередной приступ. Я почему-то думала, что все закончилось, — скривилась Рианет.
Впрочем, в кармане ее формы смиренно дожидались своего часа останки магритового браслета.
— Раньше такого не происходило, — покачала головой Дея."
"Леди Дельсийе просто пожала плечами и сделала себе мысленную пометку — поискать ответы в библиотеке.
Через пару минут все эти мысли вылетели у нее из головы. В общем зале общежития боевого факультета лежали подушки. Те самые подушки, которые она создала на первом собрании.
— А ты сильна, — подмигнула проходившая мимо Тафи.
— Спасибо, — улыбнулась Рианет.
Правда, улыбка эта была вынужденной. Леди Дельсийе совсем не радовалась тому, что ее магический потенциал оказался выставлен на всеобщее обозрение. Такое количество подушек должно было исчезнуть в те же сутки!
«Впрочем, с матримониальными планами ко мне никто не потянется, — саркастично подумала она. — Спасибо Талборду».
Ощутив, как по спине бегут мурашки, Рианет вообразила большой кованый сундук, в который она засунула все свои мысли и переживания. Затем она представила огромные цепи, что обмотались вокруг, и навесной замок, ключ от которого она мысленно расплавила.
Едва лишь все расселись, в зал влетел декан Лин-Торванс. Он был мрачен, сосредоточен и даже немного обеспокоен.
— Факультет, — коротко поздоровался он. — У нас несколько тем для разговоров. Начну с важнейшей: на территорию Академии допущены дознаватели. У них есть официальное расследование, но все мы понимаем, что за одной дичью эти зайцы никогда не гонятся.
