Или другую, более важную часть тела. И Влас, будто вознамерился окончательно добить ее, склонился ближе и на ухо пробормотал:
— После занятий мигом в офис. Буду ждать тебя там. Соскучился.
— Бегу и падаю.
— Допрыгаешься, Филатова. Сейчас стащу с тебя и те трусики, что сейчас на тебе. Зубами!
— Псих, — фыркнула Радмила, — заставишь меня по универу голой ходить? Ну, давай!
— Мда, отстойная идея, — кивнул мужчина. — Я передумал.
Рада и пискнуть не успела, как Влас дернул ее вверх, заставив подняться на ноги. И тут же усадил на парту попой.
— Я б на тебя надел скафандр, или плащ-палатку, — пробормотал мужчина.
Радмила протяжно выдохнула. Ну как у него так получается? Секунда — и она уже не может найти в себе силы, чтобы возразить. Более того, сама вцепилась в его пиджак пальцами, а бедро сжала, обхватив ими любимого.
— Млять, малышка, у меня сейчас стоп-кран сорвет, — просипел Влас прямо ей в губы, жадно захватил их в плен, раздвинул настойчиво. — Хочу тебя.
— Меня отчислят, — захныкала Радмила.
Влас рвано выдохнул, еще крепче обнял Раду.
— Слушай, надо что-то с твоей учебой решать. Да? Ты же не хочешь быть юристом, — задумчиво проговорил Тихоновский.
— Папа меня грохнет, — покачала головой Радмила.
— А папа здесь при чем? У тебя есть муж. Теперь он рулит, — подмигнул Влас. — Все, я подумаю на эту тему. А ты беги. И не вздумай с Вовчиком тискаться.
Тиха отобрал из ее дрогнувших пальцев красные кружева, спрятал в собственный карман, отодвинулся от нее и с самым невозмутимым видом вернулся к своему столу.
Прихватил свой чертов портфель и вышел из аудитории.
Радмила то бледнела, то краснела. Хорошо, хоть успела поправить одежду и сползти со стола прежде, чем в кабинет ввалились студенты.
Рада выскочила в коридор. Отыскала взглядом затылок Власа. Так и хотелось запульнуть в него чем-нибудь. Да хоть жвачкой! Тли рюкзаком!
Ну, ничего! Будет еще и у нее праздник. Уж она непременно отыграется и отомстит! Вовчик ему не нравится? Можно подумать, ей нравится, как он флиртует с половиной пед.
состава!
— Елки-палки, — опомнилась Радмила.
Она ведь забыла сказать любимому кое-что важное. Ну и ладно. Тем более, он сам виноват, то разозлил ее, то едва не совратил прямо в аудитории.
***
Тиха улыбался от уха до уха. Что поделать, а настроение у него было шикарным.
Влас был счастлив. И через призму этого самого счастья все казалось ему радужным. Погода не такой отвратительной. Дела не такими тупиковыми. Да и вообще, хорошо все было. Все супер.
