Но на камерах этого не видно. Ясно только то, что твоя рука была на моей спине. К тому же, в мою пользу говорят факты. Ты меня бросил, изменил с молоденькой студенткой. Столкнул с лестницы. А у меня при падении случился выкидыш! — наигранно вздыхала Золынкова.
— Блядь, ты явно не в себе, — Влас сжал переносицу пальцами.
— У меня есть справка, — рассмеялась женщина. — Попробуй докажи, что ребенок был не твоим! Неприглядная картинка получается.
— Здесь нет ни зрителей, ни присяжных, Оль, завязывай с театром, — подметил Влас.
— Мы с тобой в последний раз спали полгода назад. Кто отец твоего нерожденного ребенка, я не в курсе. Но определенно не я.
— Это тоже не играет никакой роли. Мы регулярно пересекались в общественных местах. Свидетелей полно. Любой подтвердит, что отношения были, — пожала плечом баба. — Так что, подумай. Со мной ты взлетишь еще выше. А девочка твоя чем тебя поддержит? Усилит соплями, да скандалом? Ты разве не знаешь, какие сейчас студентки? Им подавай свидания, подарки, цветочки-конфетки, шмотки, машинки.
Много ты цветочков купишь, когда мой адвокат выкатит тебе иск и нехилую компенсацию?
— Шли ее в жопу, любимый, — раздался негромкий голос Радмилы.
Влас, не веря собственным ушам, обернулся.
Рада действительно стояла в дверях палаты и держала в руках телефон.
— Не мне вам рассказывать, Ольга Петровна, сколько можно отхватить за шантаж, да? — уже чуть громче уточнила Радмила и нажала пальцем на экран.
В тишине палаты зазвучал записанный голос Золынковой.
— Запись удали, паршивка! — процедила актриса.
— От жениха моего отвали, вобла! — прищурилась Радмила.
— Так, девочки, стоп, — поднял Влас руки вверх, — давайте мирно решим все вопросы. Оль, встретимся в суде?
— Я подумаю! — отвернулась Золынкова, давая понять, что разговор окончен.
— А я навещу главврача. Уточню, как связано падение и выкидыш. Если он был, конечно же, — вздернула подбородок Радмила.
— Кто ж тебе выдаст информацию из карты пациента?
— Найдутся добрые люди, не волнуйтесь, Ольга Петровна! — процедила Радмила и стрельнула в Тиху колючим взглядом: — Долго будем здесь сидеть, Влас Тарасович? Никуда не торопимся?
— Торопимся, еще как! — заулыбался Влас.
— Подкаблучник хренов, — раздался злобный шепот в спину, но Власу было плевать на Золынкову.
Он, конечно же, и сам писал разговор. Но не надеялся, что одним выстрелом решит сразу две проблемы. И Радмила теперь в курсе о некоторых нюансах его дела, и с Ольгой вопрос почти решен.
