Яркое пятно вдалеке привлекло внимание сестренки. Она пробежала мимо Рады с Власом и принялась увлеченно рассматривать куски ткани.
— Значит, это и есть твоя мастерская?
— Влас Тарасович, — поджала губы Радмила и оглянулась в ту сторону, где сейчас была Настя. — Это все крайне странно.
— Странно? Что именно? — усмехнулся Тихоновский.
Рада попыталась обогнуть его и проскользнуть мимо. Влас вовремя перехватил ее, расставив руки.
— Странно, что моя девушка бегает от меня, — недовольно продолжил мужчина.
Влас с удовольствием любовался вытянувшимся от удивления лицом девушки.
— Да вы… да что… Какая еще девушка?! — прошипела Рада негромко.
— А что не так? Это логично, — подмигнул Влас, — ты мне нравишься. Мы хорошо знакомы. Ты дружишь с моей сестрой. Я знаю твоих родителей, а они меня. Ты работаешь в моем офисе.
— Я всего лишь практикантка, — перебила Рада. — Несколько недель, и практика закончится.
— Не факт, — покачал головой Тихоновский, — И, да, мы целовались.
— По ошибке. Да и вообще, это все случайность, — тем же тоном шипела Радмила.
— Не думал, что придется тебя уговаривать, — изогнул бровь Влас и притянул девушку к себе.
— Пусти!
— Не-а, должен же я проверить, есть ли у тебя температура, — невозмутимо говорил Влас. Он держал девушку достаточно крепко, но в любой момент она могла бы выпутаться из его рук. Он же не насильник. Хотя, порой ему хотелось покрепче привязать Радмилу и кляп бы не помешал, — ты мне целую петицию написала на тему, почему не можешь приехать в офис именно сегодня.
— Я соврала. Я не простыла. Просто не хотела тебя видеть! — шикнула Радмила.
— Теперь я не очень охотно тебе верю, — пробормотал Тихоновский.
Он наклонился почти вплотную к девичьим губам. Чувствовал ее сбивчивое дыхание. И легкое покалывание на собственных губах.
Влас подловил себя на мысли, что прежде никогда не хотел поцеловать девушку настолько сильно. Кажется, у него образовалась маниакальная тяга к Радмиле Филатовой. Ведь до встречи с ней у Тихоновского ничего подобного не было.
— Влас …. Атасович! Руки держите при себе! — выдохнула Радмила.
— Ты меня с ума сводишь, девочка, — шепнул Влас.
Это было чистейшей правдой. Тихоновский ни капли не врал. Мог бы повторить показания под присягой, перед судьей, прокурором, священником.
Власу хотелось зацеловать ее, а в идеале — заняться с ней любовью. Прямо здесь, в этой ее мастерской.
— Не вздумай меня целовать! — пригрозила Радмила.
Тиха, конечно же, не послушался.
