Мне страшно хотелось подойти поближе, вновь ощутить теплоту его кожи и… А он так смотрел, будто ласкал, и от этого откровенного взгляда, у меня сладко заныло внизу живота. Неуловимое для глаз движение, и вот он совсем рядом со мной, так близко, что его дыхание согрело моё лицо, а дальше было лёгкое и нежное прикосновение к пылающей щеке, прочерчивая дорожку озноба вдоль шеи.
— Вы что делаете? — резко шарахнувшись в сторону, просипела я.
Оказывается, что от охвативших эмоций, у меня пересохло во рту.
— А что я творю? — прохрипел Князь мне в ответ и тоже отшатнулся.
Причём в его глазах, прежде чем он успел отвернуться, я успела разглядеть что-то совершенное непонятное. Не страх и не вожделение, а скорее недоумение, досаду и смирение. Непонятные эмоции, странные. И из-за них я ещё больше запуталась.
— Вы же обещали, что не будете применять ко мне внушение! — от обиды и разочарования даже была готова в какой-то момент разрыдаться.
Правда пара секунд всего, и то, не в его присутствии. Но боль от того, что по моим чувствам кто-то прошёлся и потоптался своими ботинками, была адская.
— А я и не применял, — в ответ огрызнулся он и вернулся назад к дивану, а я так и осталась на месте, продолжая сжимать воротник рубашки.
У меня даже пальцы онемели от этих усилий.
— Но, тогда что…
— Ничего, — Князь, устало сел и откинулся на спинку.
— Как ничего? Вы же силой хотели залезть мне под блузку, — взвизгнула я.
— Ты ещё скажи под юбку. Ничего я не хотел. Я попросил!
— Приправив ментальным всплеском?
— Ты давление на Завесу почувствовала?
Как будто я в тот момент думала о каких-то там Завесах.
— Вы же сами говорили, что она простенькая и обойти её элементарно.
Опять вздохнул — тяжело, с надрывом:
— Ты собиралась идти переодеваться. Вот и иди. Я тебя здесь подожду.
— Зачем? Зачем вы вообще сюда пришли?
— Повторюсь — узнать о твоём самочувствии. Проверить, как подействовало лекарство… Ты же землянка.
— То есть, вы на мне ещё и опыты проводили. Ну, как продвинулась ваша наука за мой счёт?
— Элизабет! Может, хватит? — рявкнул он.
— Я, конечно, не являюсь святым или примером для подражания. Но я никогда не принуждал ни одну женщину к сексу. Если ты об этом.
— Ваши похождения меня не касаются.
— Вот и прекрасно! Переодевайся и раз ты не спишь, а я всё равно здесь, то мы поговорим.
— О чём? — не сдавала позиций я.
— О том, во что ты вляпалась! Архиза, Элизабет, иди уже. Иначе не получишь ни единого ответа на свои вопросы.
