Но разве могла она предугадать появление такой вот ищейки, как этот Натан, которая все вынюхивала и копала, копала и вынюхивала? А эти бесцеремонные, если не сказать бесстыжие вопросы? Просто неслыханно!
Она выехала слишком рано, лишь бы не видеть Натана. Забирать детей было условлено в половине четвертого, и, если женщина приедет за Ким намного раньше, это наверняка вызовет недовольство хозяев. Вирджиния сама не раз устраивала детские праздники у себя в доме и прекрасно знала, что программа развлечений рассчитана на то, чтобы родители не сваливались с неба в самый неподходящий момент и не мешали всеобщему счастью.
Несколько мгновений она раздумывала, не навестить ли ей сейчас ненадолго Ливию? Но от этой мысли Вирджиния быстро отказалась, поскольку не имела ни малейшего желания пересечься в больнице с Натаном.
«Ну вот, я уже начинаю петлять, как заяц, – в легком бешенстве подумала она. – Начинаю путать следы, а все из-за какого-то мужика, с которым знакома без году неделя. И почему только я не послала его к черту?»
Припарковавшись в первом же подходящем месте, Вирджиния подошла к табачному автомату и купила себе сигареты.
Она не курила целую вечность или, точнее, с той поры, как познакомилась с Фредериком – тот не выносил курящих женщин. Но сейчас ее неудержимо потянуло это сделать. Дымить в машине ей не хотелось, поэтому она прохаживалась по тротуару то в одну, то в другую сторону и жадно затягивалась сигаретой.
Район города, в котором она оказалась, ей очень не нравился.
Какие-то занюханные блочные дома, унылые и неухоженные, при виде которых хотелось отвернуться. И лишь лазурно-голубое августовское небо да яркие солнечные пятна на асфальте немного скрашивали эту несимпатичную картину. Парочка заштатных магазинов, химчистка, выглядевшая в своем обшарпанном здании так убого, что казалось, отдай туда свою одежду, и ты получишь ее назад еще грязнее. На улице было по-воскресному пустынно и тихо, и лишь паршивенькая музыка из чьего-то приемника навязчиво пиликала откуда-то сверху.
Вирджиния чувствовала себя подавленно: слишком уж непривычной была та обстановка, в которой она оказалась. В этот момент она как будто бы была не самой собой, не Вирджинией Квентин, женой состоятельного банкира, который вот-вот займет одну из ключевых позиций на политической сцене. Вирджиния Квентин – это дама, владеющая шикарной усадьбой с громадным парком, держащая у себя в подчинении семейную пару мажордомов.
