– Какая я глупая, что сразу вам это не предложила.
На самом деле она уже думала об этом, но из-за Фредерика решила повременить с гостеприимством до отъезда с дачи. Натан, казалось, прочитал все ее мысли.
– А что ваш муж? – задал он вопрос. – Он не против?
– Об этом не беспокойтесь. – Вирджиния уклонилась от прямого ответа, но при взгляде на Натана у нее возникло ощущение, что этот человек с самого начала знал обо веек возможных возражениях со стороны мистера Квентина.
Ливия, видимо, тоже чувствовала всю неловкость сложившейся ситуации.
У нее было такое лицо, словно она вот-вот разразится слезами. Вирджиния схватила ее за руку и быстро затащила в дом.
– Идемте, я покажу вашу комнату.
На втором этаже дома находилась просторная гостевая. Вот только располагалась она рядом со спальней Фредерика и Вирджинии. К тому же на этаже была лишь одна ванная комната. Вирджиния могла себе представить, сколько недовольных возгласов ей придется выслушать от мужа. Она чувствовала себя так, словно внезапно оказалась между двумя гигантскими жерновами.
«Лишь остаток дня и одна ночь, – напряженно думала она. – И всего-то! А там мы разойдемся в разные стороны».
Отправляясь вниз сообщить мужу о том, что странники уже сидят в комнате этажом выше, Вирджиния почувствовала сильную головную боль. Как и следовало ожидать, услышав эту новость, Фредерик страшно разозлился:
– Нет, ты что, серьезно? Ты действительно впустила их? И они устроились рядышком с нашей спальней?!
– Как же я могла отказать им, Фредерик? Эти люди…
Он резко встал с места и заходил из угла в угол.
Вирджиния видела, что муж изо всех сил старается сдержать гнев.
– Мне нет дела до этих людей! Конечно, тебя можно поздравить с тем, что ты открыла в себе особый дар милосердия, но ты теперь сама понимаешь, к чему это приводит. Ситуация уже сейчас выходит из-под контроля. Вот увидишь – дальше будет только хуже.
– Я считаю, что мы не должны… – начала было Вирджиния, но так и не закончила фразы. В гостиную вошел Натан, а вслед за ним Ливия.
Сразу же стало ясно, что Фредерик и Натан возненавидели друг друга с первого взгляда. Но как ни странно, Вирджинии показалось, что их взаимная неприязнь не связана напрямую с теми неловкими обстоятельствами, в которых сошлись эти двое мужчин (ведь один из них оказался на месте униженного просителя, а другой – на месте благодетеля поневоле). Было ясно, что даже при знакомстве на обычной печеринке или на званом ужине они точно так же не нашли бы общего языка.
