В прошлом учебном году расписание было другое, и она надеялась, что в половине третьего уроков уже не будет. Утром Дженни узнала новое расписание и побледнела от ужаса. Сначала ей показалось, что все пропало, но потом она решила: сейчас в ее жизни есть вещи поважнее какой-то физкультуры, а уроки наверстать она всегда успеет.
– Я пойду, – сказала она поспешно."
"Дама из бюро недвижимости пристально смотрела на нее.
– Если у тебя какие-то проблемы… Хочешь, я позвоню твоей маме? Скажи-ка мне ее телефон…
О боже! Только не это!
– Нет-нет, у меня все в порядке! – звонким от страха голосом заверила девочка.
– Я просто засмотрелась, замешкалась… Извините.
Она смущенно улыбнулась и снова перешла на ту сторону улицы, где располагался магазин канцтоваров. Последний шанс… Но все было тихо, никто не входил и не выходил оттуда.
Дженни уже знала, что проведет остаток дня, разглядывая свои многострадальные пригласительные открытки, использовать которые по назначению ей вряд ли удастся… На глянцевый картон упадут ее крошечные слезинки.
А еще ей предстоит неприятное объяснение в школе насчет сегодняшнего прогула…
Прежде чем об этом узнает мама, ей придется хорошенько поломать голову над тем, какую уважительную причину назвать…
7
В пять часов Грейс забрала Ким из школы. Женщине это далось очень тяжело, ведь она держалась на ногах из последних сил. Грейс чувствовала, что температура у нее поднимается, но не решалась поставить себе градусник, поскольку боялась, что результат испугает ее и выбьет из колеи – даже чисто психологически.
Около трех часов дня позвонил Джек. Связь была плохая: равномерное гудение мотора сильно заглушало голос мужа.
– Как дела? – спросил он.
У Грейс болели зубы и кости, но тем не менее она ответила:
– Нормально. Чувствую себя… ну, когда как…
– Хм, нормально, говоришь? По твоему голосу этого не скажешь!
– Нет-нет, все в порядке.
– Не надо мне было ехать!
– Хватит, Джек. Очень хорошо, что ты поехал.
– Ну как наша мадама? Не появлялась?
Грейс сразу поняла, что он имеет в виду Вирджинию.
Слово «мадама» звучало очень пренебрежительно, и до сих пор он ни разу не называл так свою хозяйку. Видимо, он навсегда потерял к ней всякое уважение.
– Ох, нет, не появлялась.
Джек начал бурчать очередные ругательства в адрес Вирджинии, но Грейс намеренно пропустила их мимо ушей. Ей было уже все равно. Пообещав Джеку беречь себя, она положила трубку и едва доплелась до кровати.
