Но я сомневаюсь, что Рейчел могла что-то напутать или придумать… Так это дело оставлять нельзя.
Клара подняла голову. Слезы высохли сами по себе – время настоящих рыданий еще не пришло.
– Разве теперь это имеет какое-то значение? – тихо спросила она.
– Конечно, имеет! Вся эта история со слайдами мне не нравится. А вдруг это как-то связано с гибелью Рейчел? Я сам наведу справки. Прежде всего я поговорю с Доном, затем нам надо связаться с полицией. Клара, ведь вы хотите, чтобы схватили того подонка, который сотворил такое с вашей дочерью? А что он сделал с вами!
Она кивнула.
Желание добиться справедливости еще не проснулось в ней. В том океане боли, по которому ее носило, спасительных соломинок пока не предвиделось. Бороться за правду у нее еще не было сил.
Ее гость чувствовал это.
– Чем я могу вам помочь, Клара? – сочувственно спросил Кен. – Хотите, помолимся вместе?
– Нет, – выдохнула она.
Больше никогда в жизни она не будет молиться.
3
Фредерик предоставил Ким выбор – оставаться под присмотром Ливии дома или снова переселиться к Джеку и Грейс, и Ким все-таки выбрала привычных ей Уолкеров.
После полудня он отвел ее к пожилым супругам, испытав при виде простуженной Грейс сильные угрызения совести. Однако добрая женщина тут же стала успокаивать его:
– Ладно вам, сэр, мы считаем Ким почти что нашей внучкой, а внуки ходят к бабушкам, даже если те немножечко простудились. Прошу вас, и думать забудьте об этом!
– К сожалению, мне необходимо возвращаться в Лондон.
– Естественно.
– Завтра начинаются занятия в школе…
– Мы будем отвозить ее туда и обратно. Никаких проблем! Даже не берите в голову. Лучше поберегите себя, сэр. Должна вам сказать, вид у вас не очень. Вы такой бледный…
Он посмотрел на себя в зеркало. Действительно, он выглядел довольно жалко. У Фредерика сильно болела голова, и его посеревшие губы сжались в скорбную ниточку.
– Да, видок у меня… действительно… Что поделаешь. Сами понимаете, ситуация довольно сложная.
Грейс глядела на него с сочувствием. О, как ненавистна была ему эта жалость! Самое гадкое, что в ближайшее время он еще не раз и не два испытает на себе такие сочувственные, жалостливые взгляды. Ведь рано или поздно всем станет ясно, что Вирджиния сбежала.
– Ваша жена… так больше и не позвонила?
– Нет, – заявил Фредерик. Он не собирался делиться с Грейс ни правдой, ни полуправдой – ничем.
На том же самом прокатном автомобиле он поехал в сторону Лондона.
