С грустью вспоминаю, что телефона у меня нет, он утонул в мутных водах Кубани. Да и если стащить у Руслана телефон, то это будет бессмысленно, потому что я видела, что вместо антеннки связи там «бублик». И, наверное, в принципе рисковать с такой идеей не стоит.
Всплеск адреналина схлынул, и я начинаю чувствовать, как тянет в груди. Перед родителями стыдно. Они ведь беспокоятся."
"Отец рвёт и мечет, злится снаружи, а внутри от переживаний с ума сходит. Не уверена, что дома все стены целы. А мать тихо сидит на кухне и плачет.
Или к отцу прильнула, чтобы унял её тревогу.
С одной стороны, они-то понимают, что меня не просто какой-то бандит похитил. Папа Руслана как облупленного знает. И что тот вреда мне не причинит, тоже знает. С другой же… папа знает меня. И что я умею вляпываться.
– Прости, – тихо шепчу в темноту, внезапно ощутив, как в носу щекочет.
Переживать за них начинаю, в полной мере осознавая свою вину и безрассудство. Нельзя нервы близких так на прочность проверять, они же могут оказаться не такими уж и прочными.
Я-то прекрасно понимаю, что Шторм бы не посмел тащить меня с собой, если бы я сказала, что Алексей Шевцов – мой отец.
Делаю вдох-выдох и заставляю себя успокоиться, напоминая, что всё же мои родители взрослые люди. Отец – бывший военный, а мама психиатр. Они найдут в себе силы успокоиться и включить холодную голову и оценить риск как низкий. Ведь я со Штормом.
Кое-как успокоив сама себя, я решаю налить ещё горячего чаю, чтобы согреться. Чайник стоит на буржуйке, значит, прилично тёплый должен быть.
Ориентируясь наощупь, нахожу кружку и пакетик. Заливаю и возвращаюсь на место, стараясь не шуметь. Шторм спит крепко, но тем не менее, лучше постараться не разбудить его. Ему явно не понравится.
Снова усаживаюсь на диванчик и подбираю под себя ноги. С наслаждением допиваю чай, а потом, отставив кружку, чувствую, как меня начинает клонить в сон. Сладко зевнув, я расслабляюсь и позволяю себе задремать.
Вот только уснуть глубоко у меня не получается. Едва только грань реальности смазывается, сквозь сон я слышу какой-то шорох.
Негромкий, шуршащий, но я вдруг от него вскидываюсь и прислушиваюсь, затаив дыхание.
Сердце бьётся как-то слишком медленно, будто вот-вот замрёт. Ровно до момента, когда шорох повторяется. А потом пульс взрывается и начинает частить так, что дыхания не хватает.
Ночь, кромешная темнота, лес. И даже если это просто мышь под полом, что вероятнее всего, моё восприятие и фантазия выкручены на полную.
