Открытые замки, отсутствие тревоги, машина… У меня даже возникает мысль, а не мой ли отец к этому руку приложил?
Но я тут же её отметаю. Папа всегда был на стороне закона, он бы не позволил Шторму так себя запятнать. Особенно если тот невиновен."
"– Садись, – тащит меня к тачке и заталкивает в неё. – И смотри, чтобы без фокусов, поняла меня?
– Поняла, – закатываю глаза, за что получаю в ответ убийственный взгляд.
Ну прости, друг, ты меня похитил, а я ещё что, радоваться и мило улыбаться тебе должна?
Сам он плюхается на водительское и заводит мотор, а потом направляет машину на грунтовку вдоль реки.
– Слушай, как там тебя зовут, ты сказала?
– Алиса.
– Алиса, ты уж прости, ничего личного, ладно? – Мне кажется, или я различаю едва уловимые виноватые нотки? – Меня подставили, потому что я мешал кое-кому дотянуться до звезды. А точнее, до чемпионского пояса. Попытались грязно слить, но не всё у них вышло гладко. Поэтому решили шлёпнуть прямо в СИЗО. Мне пришлось дёргать оттуда, чтобы выжить.
А разбираться, что к чему, буду позже.
В ответ я лишь качаю головой. Не знаю, что ему ответить. Если всё так, как он говорит, – а зная Шторма, я не вижу причин не верить ему, – то выбора у него особенно и не было. А может, и был – расскажи он всё моему отцу.
Хотя, может, папа этим и занимался? В курсе был, что Руслану угрожает смертельная опасность. Не просто же так он сказал мне всё это сегодня в машине.
В кармане джинсов вибрирует телефон. Достаю и вижу на экране, что звонит отец.
Лёгок на помине.
На часах двенадцать. Он как раз ждёт меня у входа, вот и звонит.
Внутри поселяется дрожь, стоит только представить, как его тряхнёт, когда он узнает, что меня похитили.
Ой, кстати, теперь Шторму не надо будет бояться тех, кто хочет его убить. Мой отец сделает это первым.
– Эй! – возмущённо вскрикиваю, когда Руслан выдёргивает у меня из рук телефон.
– Папочка… – Он поднимает брови, глядя на экран. – Отец или папик?
– Отец, конечно! – пытаюсь выхватить телефон.
– Отдай!
– Прости, детка, но я не могу себе позволить, чтобы нас срисовали.
А потом он открывает окно и выбрасывает мой смартфон прямо в мутную зеленоватую воду Кубани.
– Ты вообще нормальный? – сердито всплёскиваю руками.
– Потише тут, – рявкает на меня, напоминая, что мы не развлекаться едем и что мне отведена определённая роль. – Потом извинишься перед папочкой за меня, что заставил поволноваться.
Засранец. Сам потом и извинишься. А я на это посмотрю.
