Только думаю Костик вряд ли на такое согласится. Сидеть в офисе. Да он помрет там со скуки.
И вообще, он в другую структуру метит. Ту, о которой никто ничего не знает. И если он туда попадет, то и для меня исчезнет с горизонта. Перестанет существовать. Потому что плата за эту работу — отказ от личной жизни. Хотя вот майор идеально подходит. Нет у него никакой личной жизни. Разве что…
— Маленько, — снова кофе свое горькое хлебает. Наверное, он и стекло с таким же выражением лица грызть будет. Гвозди бы делать из этих людей… — Ты же знаешь, все эти досудебные расследования.
Дело по любому тормозить будут. Пытаться развалить. Но я не дам. Сейчас главное свидетеля не потерять. Вернее свидетельницу…
По его лицу снова загадочное выражение проскальзывает. Такое, каких я у него раньше никогда не видел. Хотя дружу не первый год.
— Если что я людей мог дать. Лучший охранник, к сожалению, пока занят. Он на другом… задании.
— Нет. С людьми у нас все в порядке. Тем более свидетель настолько ценный, что я сам готов у ее двери ночевать.
Фраза звучит настолько двусмысленно, что я даже зависаю. Или мне кажется, или товарищ майор тоже не то имеет в виду. Не обычную охрану. Но он продолжает дальше. А я молчу. Чужая постель — не мое дело. У меня своих проблем хватает.
— Ты ведь знаешь, посадить этого гада для меня — дело чести. Столько крови и грязи на его руках. Таким людям место в тюрьме. Я ведь в эту профессию затем и пошел, чтобы мир от подобной дряни очищать.
Киваю. Потому что и у меня точно такие же цели.
И хотя я обычный предприниматель, готов помогать чем угодно. Даже готов быть шпионом, потому что имею доступ в это семейство. Сейчас совесть лишнее. Ведь если мы засадим папашу, то и Роксане придется ответить перед законом. Возможно даже тоже сесть. Или отделаться условным сроком. И у нее больше не будет такой надежной крыши, как папочка, а я смогу вернуть себе семью. Свою настоящую семью. Если за все что произошло меня, конечно, простят.
Но как правильно выразился товарищ майор, я тоже готов у ее двери ночевать.
Спать на коврике.
Выхожу и иду к машине. В кармане начинает разрываться телефон. Смотрю на дисплей. Это Роксана. Отвечать нет никакого желание. Но надо. Чувствую себя школьником, которому надо делать скучную и нудную домашнюю работу.
— Привет, Рокс. Все в порядке?
— Конечно, любимый, — мурчит она так приторно, что аж зубы сводит, — представляешь, я приготовила для тебя подарок! Папа помог. Ты очень удивишься.
