На секунду замираю, приникнув к его губам. Страх и дрожь бьют изнутри. По нервам ледяной дождь колотит. Выбивает жесткую колкую мелодию. Где все на грани. Любовь. Жизнь. Смерть.
Если он меня оттолкнет… Если оттолкнет…
Еще удар сердца и сильные руки к себе прижимают. А губы мои опаляет пламенным дыханием. И мы наконец приходим в движение. Сливаемся в едином поцелуе. В котором утонуть — лишь вопрос времени. Секунд. Мгновений. И я тону, конечно."
"И если «до» я хотела понять. Выводы какие-то сделать. Проанализировать.
То сейчас, могу лишь беспомощно подставлять свое лицо, свои губы под острые жалящие поцелуи мужчины. Мужчины, которого так сильно люблю. Так сильно, что цепляюсь за малейшую соломинку.
Окружающее вокруг перестает существовать. Даже если вдруг рядом вспыхнет пожар и заорет сирена. Я не прореагирую. Не сдвинусь с места. Не замечу.
Безумие длится секунды. А потом Марат все-таки приходит в себя. Меня отстраняет. В глаза своими черными немигающими порталами смотрит. Соображать начинает.
— Зачем, мышка?
— Я просто хотела убедиться? Понять?
— Что?
— Любишь ты меня до сих пор или нет.
Он шумно сглатывает. До него только сейчас доходить начинает. Крепче плечи мои сжимает.
— И что? — голос немного сипит, — убедилась?
— А сам как думаешь?
Моргает и наконец из рук своих выпускает. Шаг назад делает. Уйти хочет. А я не держу. Все что надо я уже увидела. Почувствовала. Ведь поступки важнее слов. А дела Марата с тем, что он говорит, не сходятся.
— Ты ошибаешься, — произносит уже отворачиваясь, — я ведь тебе все уже объяснил.
Я женюсь на другой…
— Когда свадьба?
Он даже замирает от вопроса неожиданного.
— Тебе зачем?
— Может подарок хочу принести!
Снова шаг ко мне делает. Подходит стремительно. Надо мной нависает.
— Лучше держись подальше! Что тебе в моих словах непонятно?
— Все непонятно, Марат, — скольжу пальчиками по лацканам его пиджака. Хочу руки дотронуться. Но боюсь, что отдернет. Поэтому просто глажу плотную ткань, как если бы его кожи касалась, — почему ты сначала клялся в любви, а потом предал? Зачем сначала спасал, а теперь убиваешь?
— Я не…
— Подожди! Дай сказать, пожалуйста.
Ты даже не представляешь, каких усилий мне это стоит. Ты хоть понимаешь, как мне больно? — его зрачки расширяются, а кулаки сжимаются сильнее, — поэтому просто постой и выслушай. Разве я многого прошу?
— Продолжай.
Мы так близко. Если немного качнуться вперед, то можно снова поцеловаться. Но я сдерживаюсь. Ведь я хочу понять. Понять, что происходит.
