— Что там с Макаром? Что ты знаешь? Соня ему что-то сделала? Отвечай, Полина!
— Ну… она забрала его из дома, я это имела в виду, — добавила в голос неуверенной дрожи, чтобы мне точно не поверили.
И мне не поверили.
— А еще? Говори уже! Это наш внук, мы должны знать!
Внук. Я еле сдержала едкий смех. Лицемеры. С Матвеем по скайпу общались, приезжали трижды в год, и пели мне что любят Макара и Мота одинаково. Что-то незаметна эта их равноценная любовь, только про Сонькиного щенка все разговоры.
— Полина!
— Понимаете… может, я не так поняла… не может, а скорее всего я не так поняла, но… — я тяжело вздохнула и будто бы решилась.
— Мне пришлось зайти к Денису, Соня с Макаром еще жили здесь. У сына самочувствие ужасное было, и я прибежала. Вы не подумайте, я дождалась что Соня из дома уехала и только после этого вошла в этот дом. С Матвеем. Макар тоже был здесь. Денис оставил нас на пару минут, и…
Я снова замялась, вздохнула, Наталья Сергеевна сжала мою ладонь а Андрей Валерьевич нахмурился.
— Продолжай.
— Макар испуганным выглядел, даже забитым.
Я подумала что наверное он меня испугался — чужая тётя в его доме, это понятно что для ребенка может быть страшно. Начала разговаривать с ним, про то что у меня сын чуть старше его есть, про племянника, которого сестра в детском доме взяла. Про деток стала рассказывать, в общем. Чтобы Макарушка перестал быть таким зажатым. А тут Соня вернулась неожиданно, и жуткий крик подняла.
— При Макаре?
— Вряд ли она специально, — сжалась я. — Но да, при Макаре и Матвее.
Подняла мальчишку на руки, стала прорываться мимо Дениса, на меня нападала. Мальчишка трясся у неё на руках, бедный. Денис пытался объяснять Соне что это неправильно, но она как бешеная была. Я думала, она пацанёнка до припадка доведёт. А потом было самое ужасное… ой, лучше не буду рассказывать, не моё это дело.
— Говори! Полина, начала так говори!
— Кажется, Соня внушает Макару что мы с Мотом — зло, — расплакалась я. — Она слышала как я про племянника говорила. Ну, про детдом. Разоралась что мы в её дом пришли, на детей ей плевать было, убежала наверх.
А затем я с Денисом поговорила, и… кажется, Полина внушает Макару что я его в детдом хочу сдать, что я плохая, Матвей плохой, Денис, наверное, тоже плохой, одна она хорошая.
Андрей Валерьевич сжал ладони в кулаки, да так сильно что кости захрустели. Кулаки у него как кувалды, выглядит всё это пугающе.
— Но, возможно, всё не так, — воскликнула я. — Или Соня просто сгоряча всё это устроила. Мало ли.
