Шкаф отодвинули, Марию полуживую из подвала вытащили. Я велел Лешке к телефону бежать, а сам топор взял и караулить стал.
– Спасибо. Наш товарищ запишет ваши показания, а пока побудьте в качестве понятых.
– Иван Александрович, – в комнату заглянул Никитин, – дело срочное.
На кровати в спальне сидела Наклейкина. Она уже пришла в порядок. На тумбочке стояла початая бутылка водки. Никитин успокаивал потерпевшую старым способом.
– Вы послушайте, что она говорит. Давай, Маня, расскажи товарищу полковнику то, что мне говорила.
– Они… Товарищ… Они…
– Глотни-ка, Маня, еще пять капель. – Никитин плеснул в чашку водки.
Наклейкина выпила, сморщилась и посмотрела на Данилова вполне осмысленными глазами:
– Манто взяли… Чернобурки две… Часов мужских трое…
– Ты, Маня, разговор их нам поведай. – Глаза у Никитина горели охотничьим азартом.
– У них наганы…
– Сколько? – спросил Данилов.
– Три.
– Зачем?
– Они, я подслушала, сберкассу сегодня грабить будут.
– Когда?
– В перерыв.
Данилов взглянул на часы – в его распоряжении оставалось тридцать пять минут.
У него два милиционера, Никитин, Шелков и он. Всего пять. Вполне хватит.
– Шелков!
В комнату вошел лейтенант.
– Ты сберкассу городскую знаешь?
– Так точно, моя сестра там заведующая.
– Тем лучше. Второй вход в нее есть?
– Есть. Задний ход в палисаднике. А что случилось, товарищ полковник?
– Брать ее будут сегодня в тринадцать.
– Как «брать»? – не врубился Шелков.
– Грабить то бишь.
– Да не…
Данилов не дал ему договорить:
– Сколько ходу до сберкассы?
– Минут семь.
– Значит, десять. Пять – восемь минут на переговоры.
– Надо в райотдел позвонить, – перебил его Шелков.
– Вы, Шелков, пока что мой подчиненный.
– Виноват, товарищ полковник.
– Звонить не будем. Никаких разговоров через коммутатор. У меня в вашем городе уже был печальный опыт. Ровно десять лет назад. Тимохин, бегом в райотдел, передай: пусть незаметно блокируют подходы к сберкассе. Пусть все щели закроют. Давай.
Эксперт бросился к мотоциклу.
– В здание проникаем незаметно.
Все остальные подробности операции на месте.
Ходики на стене неумолимо подвигались к часу. Данилов сидел в маленьком зальчике лицом к входу и делал вид, что проверяет облигации. Пистолет лежал рядом, прикрытый газетой. У входа, на стремянке, пристроился Никитин, он нацепил старый синий халат, нахлобучил какую-то немыслимую кепку."
"За барьером укрылся Шелков с милиционерами.
Тик-так. Тик-так. Стучали ходики, и звук их был похож на шаги времени.
