– Давно?
– С полчаса.
– Где гараж?
– Во двор выйдете, увидите проход между двумя домами, попадете на задний двор, там и гараж.
– Значит, въезжать туда можно с Крюкова переулка?
– Только оттуда и можно. А что он натворил? – Сосед спрятал пистолет в карман.
– На машине нашалил, – усмехнулся Никитин.
– Говорил я ему. – Сосед захлопнул дверь."
"Они опять прошли двором, свернули в узкий проход между домами. Навстречу им попался серый пушистый кот. Он не убежал, а сел на дороге, внимательно разглядывая людей.
Данилов и Никитин обошли его. Кот даже голову в их сторону не повернул.
– Боевой, видать, он здесь в законе, – сказал Никитин. – Как в квартиру въеду, сразу кота заведу.
Задний двор был глухой, заасфальтированный. На лавочках здесь не посидишь. Со всех сторон зажатый безглазыми стенами домов, он вызывал ассоциации с тюрьмой. У каменной стены рядом с выездом стояло два кирпичных строения. В одном была полуоткрыта створка двойной двери. Никитин распахнул ее. В лицо ударил запах бензина, масла машинного, кожи.
В глубине стояла белая «эмка», рядом лежал человек в кожаной куртке и песочных брюках.
Он был мертв. Данилов сразу понял это по неестественно подвернутой руке, по темному пятну на полу.
Он подошел, наклонился. Гаранин был убит точно так же, как и Андреев, как вохровцы.
– Вызывай опергруппу. – Данилов наклонился и начал проверять карманы. В боковых карманах брюк были ключи от квартиры и машины, в заднем маленький браунинг «лилипут» калибра 4,25.
Данилов достал его.
На перламутровой рукоятке была прикреплена серебряная табличка с надписью: «Б. Гаранину в день рождения. В. Сталин». Ну вот, приехали. Только этого не хватало. Сейчас сюда понаедут ребята с Лубянки. Как же, убили сына любимого музыканта принца.
В карманах куртки лежали студенческий билет, ключи, бумажник с продовольственными карточками и деньгами.
Группа приехала сравнительно быстро. Данилов оставил следователя Чернышова разбираться на месте, а сам с Никитиным поднялся к квартире Гаранина.
– Ну что, Коля, зови понятых.
– Неужели обыск делать будете?
– Буду. Ты найдешь понятых и уходи. Здесь дело такое, что вполне можно самим на этап загреметь.
– Нет, Иван Александрович, – Никитин зло тряхнул головой, – вместе пойдем, если надо.
– Ну что ж, Коля, тебе виднее.
И Данилов подумал о том, какой же все-таки хороший парень Колька Никитин, а главное, не трус. Нет, он не имел в виду храбрость при задержании, перестрелке, погоне.
