Еще только несколько мгновений назад я радовался за Леора, как ребенок, и вот уже по моей спине течет холодный пот и ужас заползает в душу. Следующим проверяемым должен стать я.
— Развяжите хумана, — похоронным маршем прозвучали слова Гура. — Уважаемый Лотел, какое оружие дать хуману?
— Не нужно, Гур, я видел его в деле, — ответил воин. — Мне хватило гвельфа, а этот точно меня прикончит. Твой громила до сих пор не может прийти в себя после его удара голой ладонью в грудь, даже через панцирь. Я в жизни не видел никого, кто бы так быстро двигался.
Расскажи, старый пройдоха, как тебе удалось заполучить его?
— Все расскажу, уважаемый Лотел, но только после того, как мы уладим денежные вопросы.
— Ну и хитер же ты, Гур, — усмехнулся Лотел. — Смотри, самого себя не перехитри.
— Да уж, уважаемый Лотел, я почти себя перехитрил, взяв с собой этого недобитого придурка, — кивнул Гур в сторону подсыхающего Барта.
Лотел достал из-за пояса прямоугольную металлическую пластинку и передал ее Гуру.
— Это обязательство храма на три тысячи серебряных империалов, — сказал Лотел. — Можешь получить деньги в любом храме Сиды целиком или частями.
— Спасибо, уважаемый Лотел, — поблагодарил его Гур, — рабы твои.
Воины Лотела, до этого стоявшие в стороне, окружили шеренгу рабов и сковали нас цепями по двое. Я оказался скованным вместе с Леором.
— Теперь, когда все денежные вопросы улажены, рассказывай, как ты заполучил хумана.
— Уважаемый Лотел, я нашел его в степи две недели тому назад после сухой грозы.
В него, вероятно, попала молния. Хуман был полуживым, обгорел, как головешка, и до сих пор не совсем в себе.
— А выглядит здоровым и движется как та же молния, — удивился Лотел.
— На хумане все заживает, как на собаке. Странный народ, — ответил Гур.
Глава 8
БУРЯ
Тихое журчание воды клонило в сон. Прохладный ветерок с гор не давал полуденной жаре вывести меня из состояния блаженства, которое разлилось по всему моему телу. После всего того ужаса, что я пережил за последнее время, трое суток плавания по реке на корабле Лотела казались мне настоящим раем.
Несмотря на ошейник раба, трущий мою шею, я буквально наслаждался поездкой, сидя под тентом на палубе. Корабль, на котором сплавлялась наша компания, представлял собой катамаран из двух больших плоскодонных лодок, скрепленных между собой бревнами из дерева, похожего на бамбук. Настил палубы был сплетен из тонких стволов того же бамбука.
