Кони убитых ассасинов пронеслись мимо меня и ускакали по дороге за моей спиной. Последний оставшийся в живых дозорный развернул коня и бросился назад к холмам.
Я подозвал шака с лошадьми и приказал ему привязать мою лошадь к камню, а самому уходить в глубину пустоши.
— Хозяин, я никуда не уйду, я с вами останусь, — решительно заявил Первый.
— Ты меня не понял! — прикрикнул я на шака. — Сейчас здесь будет бой, и я стану уводить врагов за собой, для того чтобы Колин и Викана смогли проскочить в город через холмы возле дороги.
Ты должен дождаться окончания боя и идти по моим следам. Может случиться всякое, меня могут ранить или взять в плен, ты моя последняя надежда. Если со мной что-нибудь случится, ты должен спрятать второй метатель и найти Викану в Кайтоне. Она будет знать, где находится Колин, и они придут мне на помощь. Ты все понял?
— Да, хозяин.
— Спрячься понадежней и не высовывайся.
Я вынул камни Силы из второго метателя и полез на вершину скалы. То, что я отослал Первого, было простой хитростью, простым желанием дать ему шанс выжить.
У меня не возникало иллюзий в том, что мне удастся уцелеть. Главное — не подохнуть сразу, а убить как можно больше врагов и увести их от дороги.
Я удобно устроился на вершине холма и стал дожидаться появления противника. В моей голове всплыла картинка из фильма «Белое солнце пустыни», где Сухов, лежа у пулемета на крыше мечети и дожидаясь подхода бандитов Абдуллы, мысленно пишет письмо Екатерине Матвеевне. Правда, моя Екатерина Матвеевна была похожа на Гюльчатай, а ее формы уступали формам жены Сухова.
Я невольно улыбнулся, представив себя со стороны."
"Прошло всего полчаса, и на дороге показался большой отряд всадников. Я поставил метатель на боевой взвод и приготовился к бою. В отряде насчитывалось около сотни воинов. Дождавшись, когда ассасины выйдут из-за холмов и втянутся на равнину перед скалой, нажал на спуск метателя. То, что я начал стрелять на большом расстоянии, стало главной моей ошибкой. У файербола есть один большой недостаток — это невысокая скорость полета.
Огненный шар преодолел дистанцию до цели с некоторой задержкой — ассасины успели увидеть его и бросились врассыпную. Мне удалось первым выстрелом уничтожить только два десятка всадников. Поняв свою ошибку, я продолжил стрелять, стараясь подпустить врагов поближе. Земля у дороги буквально кипела от огненных взрывов, но больше половины ассасинов скрылись в холмах. Обругав про себя свою дурость, я стал перезаряжать метатель.
