— По дороге опасно, заметить могут.
— Я раньше кого-нибудь почувствую, так что мы сразу с дороги свернем, да и следов на дороге полно, — ответил я.
— Ну, тогда по коням, — сказал Колин, и мы начали собираться в дорогу.
Сборы были недолгими. Мы затушили костер и спрятали его, закрыв куском дерна. Правда, если наткнутся на поляну, то эта маскировка не спасет, но со стороны не так заметно. Потом наполнили фляги и двинулись в путь. Лошадь Улиса сначала заартачилась, но, получив кулаком в ухо, сразу поняла, кто в доме хозяин, и быстро затрусила за конем хумана.
На дорогу мы выбрались через час. Здесь инициативу в свои руки взял уже я. Сканирование местности показало отсутствие аур людей и крупных животных. Я сказал об этом Колину, и мы рысью поскакали в сторону Ариса. Постоянное ожидание опасности к разговорам не располагало, и мы перебрасывались только короткими репликами, оставив беседы на потом.
Солнце стояло уже высоко, когда дорога привела нас к ручью возле облюбованного мной убежища. Я свернул с дороги в ручей и по нему поехал к холму, на котором решил устроить стоянку.
Колин молча повернул за мной. Мы доехали по дну ручья до тропинки на обратной стороне холма и спешились. Я стал сканировать окружающее пространство, но макушка холма просматривалась плохо. Площадку на холме окутывал какой-то магический туман, и ауры на вершине оказались размыты. Я предупредил Колина об осторожности и двинулся по тропинке к вершине. Чем выше мы поднимались, тем четче была видна вершина холма. Поднявшись почти до вершины, я увидел ауру человека и лошади.
Человек лежал неподвижно и, похоже, спал. Лошадь медленно передвигалась, наверное паслась. Я достал меч и крадучись пошел в сторону спящего человека. До противника оставалось всего несколько шагов, как вдруг под копытом пасущейся лошади громко хрустнула сломанная ветка. Человек вскочил на ноги и бросился на меня. Я занес меч для удара и оторопел: ко мне со всех ног несся Первый и, размазывая слезы по лицу, орал:
— Мой хозяин вернулся, мой хозяин вернулся!
Подбежав, шак упал на колени и, обхватив мои ноги, захлебываясь слезами, зарыдал.
— Они брата убили. Мне хозяин волшебный панцирь дал, меня враги не убили, а брата убили. Я сюда на лошади скакал, в меня из лука стреляли, стрелы отскакивали, — сквозь слезы бубнил Первый.
Я вложил меч в ножны и стал успокаивать шака.
— Ну все, успокойся. Все хорошо. Я приехал, теперь все будет хорошо, — растерянно говорил я."
"Шаки были хорошо закрыты от магического сканирования.
