Неужели надумал меня чем-то пытать, наслушавшись родственника?
Я вся сжимаюсь, и взгляд Рейеса нехорошо меняется, а его суровое лицо мрачнеет.
— Значит так, чика. У нас новые правила игры.
Ах, для тебя это все просто игра, ублюдок? Я молча сглатываю и незаметно сжимаю ладонь в кулак.
Придет время, когда страдать будешь ты, Рейес. А я… нет, пожалуй, я не стану, как ты. Нельзя запросто шутить человеческими жизнями. Никому это не позволено.
Даже возомнившим себя невесть кем бандитам.
Но, кажется, родственник тут ни при чем.
Рейес ставит коробки прямо на стол, за которым я сижу. Я читаю названия брендов на них, и эти надписи мне ни о чем не говорят.
Или внутри что-то отвратительное, или слишком дорогое, раз я даже не знаю такие марки.
И сам Рейес такой же. Не моего круга.
Но он подобрался ко мне слишком близко.
От него снова пахнет алкоголем и какими-то благовониями. То ли он был в помещении, где их курили, то ли это парфюм.
Мне он не нравится. Запах Рейеса забивается в ноздри и мешает сосредоточиться.
А сам Рейес отодвигает стул, садится напротив меня и смотрит сначала на мою грудь, а потом мне в глаза.
— Ты без лифчика, чика. Сильно нравится меня дразнить?
Он замолкает, а я не хочу отвечать. Его может взбесить что угодно.
Рейес, как дикий зверь, который укусит в любой момент. Бешеный и злой.
— Отвечай мне. Новое правило такое: теперь ты можешь говорить свободно. Но если оскорбишь меня, тебя ждет неизбежное наказание.
Тоже мне новое! Я аккуратно интересуюсь:
— Откуда мне знать, что для тебя оскорбление, Рейес?
Его жуткие черные глаза похожи на черные лучи, прожигающие мою кожу.
— Не хочешь выяснить, какое наказание, чика?
Я пожимаю плечами.
— Наверняка что-то болезненное и унизительное."
"«Ты же не можешь иначе», — это я не произношу.
Рейес прищуривается.
— Раздевайся.
Я так и знала. Правильно, что не надела жмущее белье.
Я поднимаюсь из-за стола.
— Можно тебя спросить?
Рейес кидает на меня удивленный взгляд, а я на мгновение замираю. Надо же: иногда и он испытывает нормальные чувства!
— Да, — отвечает вкрадчиво.
Нет, Рейес. Ничего милого я у тебя не спрошу.
— Когда ты меня отпустишь?
Глава 8. Белье. Диего
ДИЕГО
Все-таки Раулито дубина. Будь я хорошим братом, сказал бы ему, к чему приводит занюхивание всякой дряни.
Но мне выгоднее, если он сдохнет, и я молчу.
В последние полчаса нашей встречи этот долбанутый отлип от подаренной шлюхи и болтал, что у меня в поместье развелись очень наглые мартышки.
