Рейес вжимается в меня настолько сильно, что вместо воздуха остается один его запах.
— Ты… живой… — я полузадушенно пищу и слышу его ответ куда-то в макушку.
— Живой, куколка. Фуэнтес сказала, что я сдох?
— У тебя… рак.
— Ах, вот оно что. И ты сразу побежала в другое теплое местечко. Уважаю хватку, Анхела. Проваливай.
Он неожиданно отпускает меня, и я сползаю по стене вниз, не чувствуя ног.
А Рейес моментально поправляет свою одежду и возвращается в гостиную, яростно хлопнув дверью.
Глава 14.
Кофейная девушка. Диего
ДИЕГО
Вопреки всякой логике, Кортни Фуэнтес меня хочет.
Я понял это еще в четырнадцать, когда однажды мать моей подружки Клары «ошиблась» и вышла ко мне в полупрозрачном сексуальном пеньюаре, под которым было видно абсолютно все.
В четырнадцать я был уже хорошо развит, и у меня отлично стоял. Потому я залип, как нормальный подросток, разглядывая молочно-светлое тело, непривычно розовые соски, полное отсутствие волос на лобке и манящие развитые изгибы.
Кортни Фуэнтес — жесткая и хитрая баба. А ее муж по большому счету рохля, вот садиста и породил.
С другим мужем она вряд ли бы ужилась, зато всегда хотела настоящего мужика.
И какой-то чуйкой угадала его во мне. Тогда еще в сопляке.
Конечно, тогда я обкончался. Пришел домой и зарисовал ее по памяти, представляя, что это будущая Клара.
А Кортни я начал избегать.
Тогда я ничего не знал о женской сексуальности, и мне казалось диким, что настолько взрослая женщина меня хочет.
А еще — что можно ревновать к собственной дочери. И что можно так открыто предлагать себя другому, будучи замужем.
Я не собирался окунаться во всю эту грязь, но потом до меня дошло, что своим «невниманием» я оскорбил Кортни Фуэнтес, и она меня возненавидела.
Ей доставляли и доставляют удовольствия мои страдания по Кларе и по родителям."
"Но предложи я ей бросить мужа и уйти ко мне, она согласится. Будет долго «думать», поломается для вида и согласится, представляя, как я буду драть ее, крепко сжимая горло.
Эта тварь сказала Анхеле, что у меня рак.
Раулито, выдумщик, довел мою несуществующую язву до последней стадии онкологии?
А сука решила, что если ангелок от меня уйдет, то я сопьюсь от горя и сдохну быстрее?
Хорошо, Фуэнтес, я тебе подыграю. Я же бешеный.
Никто не усомнится, что я рехнулся от предательства ангелочка.
Сама Анхела — отдельная тема. С ней я и впрямь разберусь позже. И предательство я всерьез не прощаю.
