У меня нет ответа, но еще больше меня интересует кто “они?
— А покушение на тебя? Оно не может стать ниточкой?
Я подвожу ладонь к месту его ранения.
— Твои люди упустили одного парня, но второго поймали. Да, он погиб, но у него же есть имя? Чей он человек?
Взгляд Армана заостряется, он смотрит на меня по-новому. Я замираю, не зная, что от него ожидать, но чуть выдыхаю, когда он кладет ладони на мои бедра и проводит с нажимом.
— Ты умеешь задавать правильные вопросы, — он усмехается.
— Ты выглядишь удивленным, — я тоже легонько улыбаюсь.
— Думал, я только для постели гожусь?
Арман дергает меня вниз и накрывает сверху своим телом. Я оказываюсь не готова к столь стремительной перемене и инстинктивно отворачиваюсь. Срабатывает потаенный рефлекс, который еще сидит во мне и который сильнее меня, в подкорку до сих пор вбито четкое правило — мне нельзя касаться его лица, иначе последует наказание. У нас с Арманом было слишком мало нормальных минут… Я давно сбилась со счета сколько раз он брал меня, особенно в рот, но целовал он меня всего дважды.
— Катя, — Арман зовет меня и закрывает пальцами мой подбородок. — Не отворачивайся.
Он сам поворачивает меня к себе и смотрит в мои глаза.
— Ты до сих пор боишься меня, — произносит он низким голосом.
— Я… Арман, я…
— Я не изменюсь, Катя. Если твоя сестра участвовала в убийстве моего брата, я не пощажу ее.
Я не могу протолкнуть слова через скованное горло. В такие моменты я кожей чувствую, что Армана стоит бояться.
В нем навсегда останется темная хищная сторона, он может быть почти что нежен, но это не меняет его сути. Он давно сделал выбор, как и в каком мире живет, он сильный и жестокий мужчина, а мне всего лишь повезло не разбиться вдребезги, когда несправедливой волной прибило к его берегу.
Арман ждет, что я хоть что-то отвечу, или хотя бы кивну. А я не могу.
И я благодарна всей душой, когда слышу стук в дверь. Правда, через мгновение он нарастает и становится оглушающим.
Дверь буквально ходит ходуном, будто ее вот-вот сорвут с петель. Я пугаюсь и подтягиваю одеяло до подбородка.
— Сейчас, — хрипит Арман, поднимаясь с кровати. — Я слышу, мать твою! Хватит стучать!
— Арман! — из-за двери слышится встревоженный голос Ровного.
Арман накидывает на голое тело брюки и открывает дверь.
— Какого черта?
— Надо уезжать, — бросает Ровный.
Он проходит внутрь, бесцеремонно вталкивая Армана в комнату, и закрывает за собой дверь.
