— Стекло ты всё равно не разобьёшь, оно бронированное.
Тяжело дыша, я сузила глаза и прошипела, не сдерживая своей ненависти и злости:
— Немедленно отпустите меня!"
"— Я. Сказал. Опусти. Стул. — Произнёс он угрожающе и по слогам.
«Опустить, значит?»
— Хорошо, — сказала не менее угрожающе и запустила стулом в Джанабаева.
Глава 3
Елена
Бросила в мужчину стул и вдруг, я словно оказалась, будто в замедленной съёмке.
Этот грозный и без сомнения рассердившийся мужчина не отбросил стул, не увернулся от него, как я думала.
Он просто взял и поймал его и даже не пошатнулся, словно он ничего не весил.
А потом бесконечно медленно и даже как-то аккуратно поставил стул на пол.
Нервно сглотнула, когда он сделал шаг ко мне. Я на чистых инстинктах сделала два шага назад.
«Господи! Помоги мне!» — взмолилась я.
— Лена, Лена… — заговорил он обманчиво спокойным тоном. — Что же ты натворила здесь, м? Разбила дорогие вазы, уничтожила прекрасные цветы, сломала дорогую видеосистему… Неужели думала, что таким поведением ты вызовешь мою радость? Таким поведением, ты только расстроила меня.
— Дверь была заперта! И мне никто не отвечал, когда я стучала и кричала! Хотя уверена, что вы всё видели в свои камеры! — я кричала, но мой голос дрожал от удушливого страха. — Верните меня обратно! Сейчас же!
Я смотрела на своего похитителя и находилась в состоянии, подобно тому, когда несчастный заяц загнан свирепым волком в ловушку — спасения нет.
А ещё меня напрочь сбивали с ног его глаза. Гипнотизирующие, пронизывающие, пугающие и притягивающие одновременно.
Его глаза прищуриваются, внимательно глядя мне в лицо.
— Лена, на первый раз я прощу тебе эту выходку, — он обвёл рукой тот бардак, что я устроила. — Запомни: теперь это твой дом. Ты — моя женщина. Моя любимая женщина, Лена.
«О чём он вообще?! Какая любимая?!»
— Что? Какая ваша женщина?! Вы псих?! — возмущению моему не было предела.
— Я требую, чтобы вы немедленно меня выпустили отсюда и вернули домой! Иначе…
— Иначе, что? — усмехнулся он, продолжая наступать.
— Иначе… Я убью вас! — закричала, не в силах совладать с собой и своим отчаянием.
Он лишь шире улыбнулся и сказал:
— Нет, моя прекрасная Елена. Не выйдет. Ты останешься здесь и убить меня не удастся…
Он словно издевался надо мной.
