Быть может, я бы и не стала его получать, но когда меня попытались обвинить в том, что я ещё до похищения была психически нездоровой и сама начала приставать и преследовать Артура, то вот тут я не выдержала и озлобилась.
Раз я законная супруга Артура, ношу его фамилию, и подверглась не только физическому, но и моральному насилию, то имею право на значительную компенсацию!
В наследство я вступлю через шесть месяцев и учитывая этот факт, я и мои родители нашли самого злого, сильного в уголовных делах и ненавидящего ментов, адвоката, который узнав обо всём, что со мной произошло, сказал, что выиграет это дело.
Сумму гонорара он озвучил астрономическую, но дал гарантию, что я могу не волноваться. Выплачу ему только тогда, когда действительно стану богатой вдовой.
У него был интерес. Если честно, я сначала не верила, что меня могут начать обвинять и делать из меня крайнюю во всём!
Столько грязи вылилось на меня и мою семью за эти три месяца, что прошли с того момента, когда я убила Артура, я уж думала, это клеймо позора останется со мной навсегда.
СМИ ухватились за сенсацию и караулили мою семью везде.
Ко мне в клинику они тоже пытались пробиться, чтобы взять интервью из первых уст.
Всё грязное бельё, даже кровавое, вылезло наружу.
И после того, как мой отец слёг с инфарктом, я сама озверела.
И решила бороться. Никому и ничего не оставлю. Всё заберу себе.
А когда я узнала, что среди людей, которые лили на меня грязь, оказался тот самый Константин и парочка ещё важных людей из закрытого клуба, который посещали браться Джанабаевы, то я не стала щадить никого.
Я рассказала адвокату о том клубе, и что там творится.
Он пообещал, что займётся и этим делом.
Сказал и сделал.
СМИ были довольны. Такую жирную кость им ещё никто и никогда не подбрасывал.
На время обо мне забыли, сменив вектор интереса на закрытый элитный клуб.
Меня не щадил никто. Так почему я должна о ком-то плакать?
У меня есть мама и отец. Когда они узнали правду, поседели и постарели на тысячу лет за один лишь вечер.
Да я и сама не могла оправиться.
Мне каждый день снились кошмары. А порой они были столь реальны, что стала их видеть даже не во сне, а наяву.
И голос лже Артура. Я стала слышать его в своей голове. Его голос и смех.
Галлюцинации.
Тогда я и призналась самой себе и родным, что мне нужна квалифицированная помощь.
Я добровольно закрылась в клинике, в надежде избавиться от своих кошмаров.
Не знаю. Мне кажется, что они срослись со мной и уже стали как вторая кожа.
