— Заткнись, Артур и опусти пушку, — сдерживая гнев, проговорил Талгат.
— Нам не о чем с тобой говорить, братец.
Металл в голосе настоящего Артура резанул по нервам.
Я сглотнула и задрожала от нехорошего предчувствия.
Настоящий Артур сделал несколько шагов вперёд. Талгат начал отступать и совсем скоро, до меня ему осталось всего два-три шага.
— Артур, всё же послушай меня… — снова заговорил Талгат и сделал шаг навстречу своему брату.
И тут, прогремел выстрел.
Артур выстрелил. Выстрелил в голову своего брата.
Пуля прошла насквозь, лишь чудом миновав меня.
Тело Артура-Талгата тяжело рухнуло на пол.
— Я же сказал тебе, что нам не о чем говорить, — рассмеялся Артур.
Кровь и мозги убитого забрызгали моё платье, мою кожу, моё лицо и волосы.
Мужчина, которого я называла Артуром, мужчина, с которым провела полгода, который сделал меня своей женщиной и без устали твердил, что я его любимая девочка, прямо здесь и сейчас был мёртв!
Во мне взорвался сумасшедший коктейль из сильных чувств и ощущений — боль, гнев, ярость, страх, всепоглощающий ужас, шок, потрясение!
Тело моё затрясло так, словно у меня начались эпилептические конвульсии.
Я чувствовала, как по моей груди стекают всё ещё тёплые и вязкие капли крови.
В носу стоял стойкий запах смерти. Убийство, которое только что произошло на моих глазах, потрясло меня.
Я смотрела на настоящего Артура широко раскрытыми глазами. Я открывала и закрывала рот, не в силах вымолвить ни слова, будто я в одночасье забыла человеческую речь.
Я только бессвязно мычала, скулила и смотрела на мужчину, который с любопытством разглядывал меня.
Он переступил через труп брата и очень близко подошёл ко мне.
— Вот, значит, какая ты, Елена, — произнёс он насмешливо, рассматривая меня с головы до ног. Затем покачал головой и цинично хмыкнул: — Удружил же мне братец с женой. И что он вообще в тебе нашёл?
Потоком хлынули горячие слёзы, застилая мне глаза.
Я заскулила раненным зверем.
Но Артур не проникся жалостью ко мне.
Он вдруг приставил ещё горячее дуло к моей груди, и я закричала. Я задёргалась в своих оковах, но это мне мало помогло.
— Так-то лучше, — рассмеялось это чудовище и он убрал от меня оружие.
А потом мужчина молча развернулся и ушёл!
Ушёл!
Закрыл за собой дверь и оставил меня одну!
Одну с трупом в комнате!
— АААААААААААА! — завизжала я, срывая голос до хрипоты.
* * *Елена
Рук уже не чувствую, ног тоже.
Горло сдавливает омерзительное чувство тошноты.
