Иван хищник, привыкший только ломать и вгрызаться, с ним все на нерве, на обрыве, смертельные танцы на осколках, что режут, вбиваются в кожу кровящих стоп.
От мыслей голова начинает болеть, и тошнота к горлу подкатывает, не та голодная, когда горькая слюна во рту скапливается и позыв вызывает, а другая, от которой все в животе узлом сворачивается и неприятно тянет.
Так обычно при месячных бывает, которые у меня нерегулярные.
Никто не расскажет про то, что за глянцем красивых журналов и улыбок до ушей скрывается.
Некоторые модели себя так истязают, что месячные перестают приходить вовсе, про анорексию с булимией вообще молчу.
Я никогда подобной заразой не страдала, от природы худая, но жесткий контроль пищи мне еще Марго привила, а с месячными беда всегда.
Одна врач-гинеколог вообще огорошила, сказав, что потеря девственности и полноценная половая жизнь могут помочь с решением проблемы, так как гормональный фон и показания УЗИ у меня в норме.
Опять внизу живота стреляет больно, и я собираюсь в комочек, прикрываю глаза, переживая спазм.
Я все же засыпаю, как в ледяную мрачную прорубь ныряю, и просыпаюсь от грохота.
Подпрыгиваю и жмурюсь, когда в темной спальне включается свет.
Глава 29
Иван Кровавый
Полигон кипит. Бойцы работают, а я наблюдаю. Изучаю. Привык держать все на контроле.
Серебряков подогнал инфу. Ситуация напрягает. Новые люди в городе гнут свои порядки.
Сплевываю на песок арены, слежу за рукопашным. Бойцы схлестнулись не на жизнь, а на смерть. Наблюдаю за работой, откровенное гасилово.
В моем мире вечная борьба. Если хочешь удержать власть и влияние, нужно все время отражать удары шакалов. Как в бизнесе, так и в настоящих схватках, кровавых разборках.
— Живее работаем! Иначе по десятому кругу повторять заставлю!
Ухмыляюсь. Кореш мой старый зверствует как всегда. Но на то и Монгол у меня правит движухой. Лично смотрю за работой пацанов. Частенько и сам могу размяться.
Здесь не спаррингуют. Это по правилам можно рубиться на ринге пятнадцать раундов.
На улице укладывают сразу. Обычно, чтобы достать противника, достаточно двух-трех контрольных выпадов.
Один боец валит второго на песок, падает свержу, заставляя поверженного харкать кровью. Жалости нет. Вырублена давно. Атрофирована.
— Левой отрабатывай, гаси сразу. Вы еще покувыркайтесь. А ты че развалился под ним?! Отбивайся, в глаза песком, если не можешь скинуть.
Монгол отдает приказы. Никаких правил. Побеждает тот, кто сильнее или хитрее.
В жизни так.
