Алексей лежит на кровати и отходит от наркоза. К его телу подключена куча датчиков. Большинство — на всякий случай. Врачи говорят, что все будет хорошо. Господи, пожалуйста, пусть все будет хорошо!
Мое вечернее платье заляпано кровью Баринова. Он потерял ее слишком много, поэтому пришлось делать переливание. Удивительно, но все это время я сидела рядом с ним, совершенно не чувствуя обычных головокружения, страха и тошноты.
Первый раз Алексей отключился в коридоре ресторана прямо у меня на руках. В этот момент я испытала такой ужас, от которого до сих пор заходится сердце.
Я так сильно боюсь его потерять, что сижу рядом почти пять часов и медитирую на монотонный писк пульсометра.
— Я люблю тебя, слышишь, — шепчу Алексею, касаясь губами руки с катетером в вене, — пожалуйста, возвращайся ко мне быстрее. Мне без тебя плохо и страшно.
Примерно раз в час мне звонит бабушка, которая тоже смотрит новости и от беспокойства уже выпила в квартире всю валерианку. Ксюша рыдает и просит отвезти ее к Алексею.
Я пересаживаюсь в небольшое кожаное кресло и прикрываю глаза, уплывая в поверхностный и тревожный сон. Нужно просто дождаться утра.
Вздрагиваю от звука открывающейся двери и несколько раз моргаю, пытаясь понять сплю или нет.
В палату входит женщина, которую я точно где-то видела, но никак не могу сообразить где именно.
— Здравствуйте, Аня, — говорит она шёпотом.
И в этот самый момент я вспоминаю, кто она.
— Вика… Здравствуйте, — говорю напряжённо. — Без халата вас не узнала.
— Я только сдала дежурство и случайно узнала, что Алексея привели к нам ночью, — говорит она виноватым тоном.
— А сколько время? — я ощупываю руками обивку кресла, пытаясь найти телефон.
— Шесть утра, — отвечает мне Вика, смотря очень тепло и с сочувствием. Не так, как в первую нашу встречу.
Я подлетаю на ноги и подхожу к Алексею.
— Почему он так долго спит? — спрашиваю с отчаянием.
— Все в пределах нормы, — отвечает Вика. — Я в большей степени из-за тебя сюда пришла. Пойдём в столовую, выпьем кофе.
Тебе пора покушать.
— Я никуда не пойду, — отрицательно качаю головой. — Если он проснётся, а меня не будет?
— Ещё пару часов он точно будет спать, — мягко настаивает она. — А ты очень бледная. Наверное, упал гемоглобин. Для беременных это совсем нежелательно…
— Что вам от меня нужно? — спрашиваю воинственно.
— Прежде всего, — Вика неловко опускает глаза, — я бы хотела извиниться за тот ночной визит. За то, что напугала тебя ответами по поводу беременности.
