В воздухе пахло чем-то странным – так пахнет огонь в камине, только сейчас он смешивался с пронзительным морозом. Мейзи взглянула на небо – там не просто собрались тучи, это дым. Что-то горит. Она уже почти дошла до дома, внутри у неё все похолодело – сильнее, чем снаружи. Вдруг профессор Тобин решил разжечь камин и случайно поджёг коврик? Или мисс Лейн уронила свечу на кружевной шарф? К счастью, пожар полыхал на соседней улице. Когда Мейзи это поняла, она чуть успокоилась. С ужасным треском пламя вырывалось из окон на верхнем этаже.
Люди высыпали на улицу. Они прижимали к себе детей, кричали, звали знакомых – проверить, все ли выбрались из дома.
– Вытащи чайные ложки! Серебряные ложки! – кричала пожилая дама мужу – тот пытался вынести из дома огромный страшный портрет усатого мужчины. Сама леди сжимала под мышкой большого испуганного рыжего кота.
На всякий случай Мейзи взяла Эдди за ошейник, но щенок и сам понял, что сейчас не лучшее время, чтобы гоняться за кошками. Девочка раздумывала, что ей делать – помочь людям или побежать на почту и телеграфировать пожарным, как вдруг из-за угла показались две изнуренные, загнанные лошади, что везли пожарную телегу.
Мальчишки, пришедшие посмотреть на пожар, захлопали в ладоши и радостно закричали. Вокруг стоял такой шум, что Эдди тихо заскулил. Пожарные спрыгнули с телеги и начали тушить огонь.
Мейзи пошла домой. Она часто оборачивалась, думая о людях, что стоят сейчас на морозе и прижимают к себе вынесенные из горящего дома вещи.
– Я бы забрала тебя, – прошептала она щенку.
– И бабушку, конечно. И Салли. И всех постояльцев. Даже не знаю, что мне ещё надо, что для меня ценно… А! Я бы взяла лупу. И блокнотик.
Она вздохнула. Несмотря на то, что дом сгорел почти со всеми вещами, эти люди даже теперь не так бедны, как оборванцы с берега Темзы.
Глава шестая
– Мейзи! Мейзи!
Мейзи понеслась наверх – что же там случилось у профессора? Она только отнесла ему письма, и вот он звонит в колокольчик и кричит так громко, что бабушка чуть не опрокинула чайник.
– Что такое? – выпалила Мейзи, когда добежала до его двери.
Профессор пропустил девочку в комнату и вложил ей в руки письмо.
– Читай! Да, вот тут. Оно от Ногача.
Мейзи посмотрела на заковыристый почерк с завитушками и нахмурилась. Как хорошо, что это только короткая записка!
– Кто-то оставляет послания? Пишет иероглифами? – спросила она, уточняя, правильно ли поняла смысл письма.
– Да. По-видимому, первое появилось две ночи назад.
