— Все хорошо, слышишь меня? У нас все хорошо.
Я лишь молча на него смотрю. Я слышу, но не понимаю. Что конкретно это значит? Что именно хорошо? Потому что вчера все было ужасно! Я смотрю ошарашенным взглядом на Ника и пытаюсь переварить услышанное.
— Арина работала на твоего отца? — Нет, от того, что я произнесла это вслух, это не стало казаться менее безумным.
Ник сидит напротив меня в кресле и ждет, пока я переварю начало нашего разговора.
— У меня были подозрения с самого начала. Но она действовала очень аккуратно, поэтому прямых доказательств у меня не было.
Именно поэтому я с ней начал общаться. Сказал, что мне нужна информация на Давыдова. Что хочу незаконно выиграть тендер и мне нужно знать с кем ее начальник и о чем договаривается. Какие суммы готов тратить. Все, чтобы быть на шаг впереди. Она клюнула. Решила одним выстрелом убить двух зайцев. Хотела поиметь деньги с меня и с отца.
— Подожди… а что именно она делала для твоего отца? — Я все еще не понимаю. Александр следил за сыном из тюрьмы? Хотел быть уверенным, что тот не пустил его бизнес по ветру? Или зачем?"
"— Следила за происходящим, докладывала обо всем чем я занимаюсь.
Но все изменилось с твоим появлением в городе, — Ник устало трет переносицу, этот день был тяжелым, — отец захотел отомстить. Ведь, по его мнению, он из-за тебя оказался в тюрьме. Во всем виновата ты, а не он.
Громко выдыхаю. Это меня даже не удивляет. Александр всегда был готов обвинить кого угодно в своих неудачах, но только не признать, что это его ошибка.
— Значит все, что сделала Арина, это были приказы твоего отца?
— Да, он хотел таким образом получить надо мной власть. Чтобы торговаться. Чтобы выйти из тюрьмы на своих условиях. У него был бы козырь в виде тебя и тогда бы переговоры пошли совсем иначе.
— Хотел, чтобы я села в тюрьму? Оказалась на его месте?
От этих слов по коже проходится холодок. Господи, это не человек, это самая настояща мразь.
— Ну до тюрьмы вряд ли бы дошло. Скорее шантаж бы был основан на том, что дело бы свернули, если бы Арина забрала свои показания и документ бы испарился волшебным образом.
Но для этого нужно бы было выполнить его условия.
— А Мирон… неужели он тоже… с ними… — Мои глаза увеличиваются в размере. Я не хочу верить, что подлость Александра была таких масштабов.
— Нет, Мирон оказался просто идиотом, которого использовали.
Я настолько облегченно выдыхаю, что даже Ник это слышит.
— У него правда украли телефон?
— Да, Арина все хорошо подстроила.
